Книга Операция «Рагнарёк», страница 281 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

— Ну да, — смущенно ответил Войцех, — тебе легко говорить. Это не тебе придется шуточки Норвика по этому поводу выслушивать. У него хватит такта достать меня у тебя за спиной – не больше.

Впрочем, выбранные для защиты гусарской чести «доспехи» Мелисенте были настолько к лицу, что возражений у нее не осталось.

Перед началом официально-торжественной части был произведен обряд отключения телефонов, и компания, наконец, расселась за столом. Высказанное Делией желание праздника оказалось всеобщим, все треволнения предыдущих дней временно забылись, и звон рюмок сплотил вернее, чем их содержимое.

Маленький уютный зал с расписанными цветами светлыми панелями и стилизованными под малых голландцев натюрмортами в резных рамах наполнился шумным весельем и смехом. Только невеста сидела со счастливо-отрешенным и серьезным видом, чуть испуганно поглядывая на улыбающегося Войцеха.

Делия первой обратила на это внимание.

— Что с тобой? – спросила дроу удивленно, — у тебя такой вид, словно ты собираешься в клетку с тиграми войти, а не замуж. Это не так страшно, как поначалу кажется, можешь мне поверить.

— Ты не понимаешь, — очень серьезным голосом ответила Мелисента, — это же такая ответственность…

Фьялар от смеха чуть не уронил рюмку.

— Девочка права, Делия. Дважды. Это большая ответственность, и ты этого не понимаешь.

— Пусть сначала сама попробует яичницу из шести яиц с беконом поджарить, а потом меня учит, в чем состоит супружеский долг, — обиженно заявила Делия.

— А это обязательно? – с тревогой в голосе спросила Мелисента и посмотрела на Войцеха. — Я научусь.

— Вообще-то, я не ем яичницу, — напомнил Войцех.

— Фьялар, — озабоченно спросил Диззи, — я надеюсь, это единственная часть супружеского долга, которую вы с Делией намерены на меня переложить?

— А еще борщ с пампушками, жаркое в горшочке, пироги с капустой, грибы в сметане и домашняя сливовица, — вспомнил волчье гостеприимство Фьялар.

— Тут мы имеем образец гнома, неудовлетворенного желудочно, — хмыкнул Войцех, — мне это вряд ли грозит.

— Смотри, не лопни от полного удовлетворения, — отпарировала Делия, единственная, впрочем, кому удалось полностью проследить за мыслью Шемета.

— Художник должен быть голодным, босс, — назидательно произнес Диззи, — я об этом начну заботиться, как только мы вернемся в Нью-Йорк.

— К нам это тоже относится? – с притворной угрозой в голосе спросил Рамо, а Хоакин показательно лязгнул клыками.

— Ладно, — примирительно ответил Диззи, — возможно, это касается только живописи.

Улыбка с лица Фьялара исчезла, и он озабоченно потянул Шемета к себе, чтобы вопрос не достиг общего слуха.

— Ты когда в последний раз кормился?

— Не помню. Кажется, дня три назад. А что? Я не голоден.

— Это странно, — ответил Фьялар, — очень. Думаю, нам стоит до отъезда повидаться с Ребеккой, если у кого и есть ответы, то у нее.

— Нам все равно стоит выяснить, что мы оставляем за спиной, — шепнул Войцех, — с утра надо ехать, в любом случае. Иначе график сорвем. Так что два часа на веселье, и включай телефон.

Фьялар кивнул и налил себе еще рюмку.

Разговор снова потек рекой, то сливаясь в общее русло, то распадаясь на мелкие звенящие смехом ручейки.

Делия и Бранка зажали Мелисенту в углу, вполголоса о чем-то беседуя. Мелисента говорила тихо, но убежденно, Делия делала страшные удивленные глаза, а Бранка прыскала в кулак, довольная тем, что задуманная на пару с дроу провокация удалась.