Книга Операция «Рагнарёк», страница 128 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

32. Сохо, Манхэттен, Нью-Йорк. Войцех

Войцех появился в студии за час до рассвета, когда все уже разъехались, а Фьялар и Делия помогали Диззи разгребать оставленный гостями беспорядок. Почти не глядя, подписал контракт, сдал Делии администраторский пароль от «Черной башни», заявив, что в сети никто не отличит белокурого вампира от темного эльфа, отыграл, к немалой радости Диззи, четыре варианта соло из «Моби Дика» и отключился тут же, на диване, так, что Фьялару пришлось волочить его на руках в светонепроницаемый подвал для гостей.

Солнце еще не село, когда бледный как полотно Войцех поднялся в студию. От вопросов Фьялара только отмахнулся рукой, еще раз повторив обещание придти на назначенную через четыре дня репетицию. Зато Делию отозвал в сторону.

— Я дам ей твой номер, можно?

— Зачем?

— Если что-то случится днем, когда меня нет в живых.

— Что может случиться?

— Не знаю. Что угодно. Я боюсь.

Отказать ему Делия, конечно, не смогла, и Войцех умчался в свою фешенебельную берлогу прихорашиваться для очередного свидания. Делия с тревогой поглядела ему вслед. Если поначалу она только беззаботно усмехалась, представляя, как повезло девчонке с кавалером – гусар, настоящий граф, побывавший, как минимум, при двух королевских дворах, и вообще прекрасный принц – то теперь она начала понимать, что подобное нарушение Маскарада ни к чему хорошему привести не может.

Охота отняла больше времени, чем ему хотелось. Кровью пришлось запасаться в избытке, Зверя, с жадностью поглядывающего на Мелисенту, нужно было держать на коротком поводке.

— Ты сможешь сама приехать ко мне? – спросил он, набрав ее номер, — не хочу терять драгоценное время. И неприятностей дома для тебя не хочу. Я заплачу за такси, когда ты приедешь.

Но Мелисента, чуть дрогнувшим голосом, попросила сводить ее в кино. Войцех встревожился, но помчался к ней, и уже первый поцелуй заставил его улыбнуться.

Под нежным ароматом цветочного мыла ее запах почти неуловимо изменился, и он понял, чего она опасается. От нее веяло нежностью, теплом и легким смущением.

Будь на ее месте кто-то другой, он нашел бы слова. Убедил бы, что это не имеет значения. Воспользовался бы этой парой-тройкой дней, чтобы получить хоть что-то для себя. Но его трогала ее стыдливость, ее смущение, столь причудливо сочетавшееся с пылкостью первой любви.

Они сидели в темном зале, держась за руки, и Войцех целовал тонкие пальчики, один за другим, и вдыхал ее запах. И потом, у ее квартиры, касался ее губ целомудренно и нежно, не давая повода опасаться, что ему сегодня захочется чего-то большего.

На следующий вечер он сводил ее танцевать в клуб, где работала Делия. Дроу, постаравшись вложить в дежурные слова знакомства как можно больше дружелюбия и тепла, одолжила Мелисенте одно из своих платьев, и Войцех, вопреки современной моде, кружил ее по залу в венском вальсе, заложив левую руку за спину, словно на петербургском балу.

Еще один вечер они, все-таки, пропустили. Войцех, наконец, занялся приведением в порядок своих магических дел, к немалому удовольствию Делии и Маши. Дроу попыталась было заговорить с ним о том, куда может завести его опасная тропинка, по которой он бросился очертя голову, но Войцех смерил ее таким взглядом, что она проглотила свои слова.