Книга Операция «Рагнарёк», страница 120 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

Войцех поднялся и, галантно предложив ей согнутую в локте руку, направился к перекрестку с центральной улицей, ловить такси.

На этот раз поездка не заняла и четверти часа. Мелисента выпрыгнула из машины и с восторгом огляделась. Кони-Айленд. Астропарк. Девушка вопросительно взглянула на Войцеха. Тот чуть заметно кивнул, и она повисла у него на шее, заливаясь счастливым смехом.

Они начали с колеса обозрения, жарко целуясь на самой вершине, среди звезд и легких перистых облаков. Прокатились на карусели, прижимавшей их друг к другу. Раскидали всех соперников на автодроме. С деланными воплями ужаса съехали по шестидесятиградусному спуску «Циклона», старейших горок США.

В Дантовом Аду, где из темноты выскакивали трупы, грозили пальцами скелеты и заунывно стонали привидения, Мелисента и в самом деле вжалась в оберегающие объятия Войцеха.

— Слишком я верю во все это, — тихо призналась она, когда двухминутная поездка по замку ужасов закончилась, — слишком хочу, чтобы хоть что-то в сказках оказалось правдой. Даже если это только страшная часть сказок.

— Нет сказки страшнее реальности, — прошептал Войцех в ее волосы, и она не услышала этих слов. Он и не хотел.

Лучшим оказались качели. Войцех раскачал лодку почти до горизонтального взлета, и они, не отрываясь, глядели друг другу в глаза, наслаждаясь полетом. Даже у Войцеха захватывало дух, вбивая горячее дыхание, которое он даже на таком расстоянии от нее не решался остановить, в расширившиеся от возбуждения ноздри. Он уже сам не разбирал, где проходит грань между маской и нахлынувшими на него полузабытыми чувствами, возвращавшими его в давние годы юности, где под сенью старинного замка раскачивалась среди цветущих вишен старого сада такая же лодка.

Потом он отвез ее домой. Мелисента все же решилась сказать ему о требовании матери вернуться к одиннадцати. После этих слов что-то оборвалось в нем, но он не подал виду, не желая портить ей такой прекрасный вечер.

У них оставалось еще четверть часа, и они взахлеб целовались в подъезде под лестницей, включив на всякий случай будильник.

Войцех гладил маленькую грудь через мягкую шерсть платья. Она бедром чувствовала его желание, и на сегодня ей было этого достаточно, просто знать, что она нравится ему, что он хочет ее. В этом было обещание следующей встречи.

Его рука, скользившая по ее телу, привычно передавала в мозг тактильные ощущения. Тепло, чуть ворсистую шершавость платья, мягкость шелковистых волос. Но он не чувствовал ничего. Это ничем не отличалось от случайного прикосновения к котенку, дивану, соседу в метро. Единственным желанием, доступным его бессмертным инстинктам, было желание вонзить клыки в нежную шею, захлебнуться одуряющее пахнущей кровью. И до фантомной боли в сердце, до кровавых слез, нежность и стремление защитить ее. От всего мира. От самого себя.

Она вошла в дверь квартиры, и его сердце остановилось снова. Он не помнил, как сделал это.

30. Пресс-релиз. Мидгард. Разное

Хильда сидела в неприметном придорожном кафе на окраине Лос-Анджелеса. Грязноватый стол, пластиковые стулья, несколько запоздавших дальнобойщиков в углу, пытавшихся развлечь пышную, но бойкую официантку. Валькирия поглубже надвинула капюшон флисовой куртки, недовольно приглядываясь к шумной компании. Она уже поохотилась этим вечером, и драка с поглядывающими в сторону симпатичной рыжей девчонки водителями в ее планы не входила.