Книга Пылающий рассвет, страница 58 – Патриция Мэтьюз

— Согласно вашим правилам, она, конечно, грубая, – ответил Клинт. – Может быть, мы и новички в табачном бизнесе, мистер Латчер, но уверяю вас: Бен Ашер и я вовсе не дети и научимся всему очень быстро. Конкуренции мы не боимся, нам она даже нравится. А лично я больше всего на свете люблю борьбу. Так что держитесь, мистер Латчер.

— Именно это я и делаю, мистер Девлин. Держать пари не в моих правилах, но в этом случае поспорил бы на что угодно: «Ашер, Девлин и Кинг» не продержится и года.

— Уверен, вы приложите к этому все усилия, – усмехнулся Клинт.

— Пожалуй. Хоть вы и хорохоритесь, мистер Девлин, но меня мало волнует соревнование с мужчинами, которые выбрали себе в деловые партнеры женщину. – При этом Латчер взглянул на Шарлотту и с удовольствием отметил, что она вспыхнула от гнева.

— Вам, очевидно, этого не понять, – весело парировал Клинт. – Но я хотел бы коснуться еще одного важного вопроса, мистер Латчер. – В его голосе прозвучали металлические нотки, а взгляд стал колючим. – Запомните: Шарлотта больше не одинока и не беззащитна. Мы, ее деловые партнеры, позаботимся о ее безопасности. Если с ней хоть что-нибудь случится, мы придем к вам за ответом и потребуем его весьма… скажем, в настойчивой форме. Понятно?

Латчер и глазом не моргнул. Выражение его лица нисколько не изменилось.

— Понятия не имею, о чем вы… Ах, это нападение на мисс Кинг… Если Коб Дженкс и решился на такой поступок, то по собственной воле, а не по моей указке.

— Не стану утверждать, что вы лжец, сэр, так как это сейчас не так важно. Но зарубите на носу: если кто-то из ваших подчиненных причинит Шарлотте хоть малейшую неприятность, мы спросим за это с вас. Повторяю, строго спросим. – Он повернулся к Шарлотте: – Потанцуем, дорогая? Я уже все обсудил с мистером Латчером.

Латчер стоял как вкопанный и наблюдал за Клинтом и Шарлоттой, кружащимися в вальсе. Внутри у него все кипело, он готов был лопнуть от гнева, но сдерживался из последних сил, мысленно поклявшись изничтожить этих двоих.

Джеф, стоя рядом с ним, пробормотал:

— Мне бы выпить чего-нибудь покрепче. – И нырнул в толпу.

Латчер не обратил на него никакого внимания, словно оглох и ослеп от ярости.

Только однажды в жизни он был так страшно зол – когда в Новом Орлеане одна шлюха подобралась к нему, спящему, и ножом для разделки мяса оскопила его…

Он отогнал жуткие воспоминания и снова уставился на танцующую пару. Пусть пока веселятся…

В экипаже Шарлотта ехала молча, не обращая внимания на то, куда они с Клинтом едут. Думала она о Джеферсоне и Слоуде Латчере. Как могло случиться, что Джеф работает у этого ужасного человека? Как мог ее родной брат дойти до такого унижения?

Она настояла, чтобы они с Клинтом уехали сразу после первого танца. Тот нехотя подчинился.

— Я все понимаю, Лотта, – сказал он, – и прошу прощения. Если бы я предполагал, что твой брат будет среди гостей, не привез бы тебя туда. Слоуд Латчер форменный подлец, он знает, как причинить тебе боль.

Экипаж остановился, и Шарлотта удивленно выглянула на улицу – место незнакомое, какой-то небольшой белый домик…

— Где мы? – спросила она, глянув на Клинта. – Это не мой дом!

— Нет, дорогая. Я подумал, что тебе вряд ли захочется поехать домой встречать Рождество в одиночестве. Кроме того, вдова тебя замучит вопросами.