Книга Хранитель сокровищ, страница 139 – Дебра Дайер

— Я тебя не понимаю, — сердито сказала Элизабет. — У тебя появился шанс вновь обрести свою семью и начать жизнь сначала, а ты сопротивляешься.

Эш попытался объяснить жене причину своего упрямства:

— После смерти Джона Макгрегора у меня не оставалось ни одного близкого человека. Мне некуда было идти. Я жил на улице, ночевал под открытым небом. Однажды я обнаружил большое здание, в котором хранились книги. Читать меня научил Джон, и мне показалось, что я попал в рай.

Эш обвел глазами плотные ряды книг. Он почувствовал, как старые раны начинают кровоточить. Даже теперь, спустя столько лет, боль не утихала, была такой же острой и невыносимой.

— Библиотекарь вышвырнул меня на улицу, — продолжал он печальный рассказ. — Он не хотел обслуживать грязного, оборванного мальчишку. Но мне удалось найти небольшое окошко в задней стене здания. Каждую ночь я проникал в библиотеку и читал до тех пор, пока мои веки не слипались, я засыпал прямо у книжных полок. В те далекие дни то большое здание, со множеством книг представлялось мне моим домом.

Элизабет дотронулась до руки мужа.

— Теперь ты дома, — сказала она.

— Разве? — Эш смотрел в бездонную глубину ее глаз, страстно желая поверить. Ему хотелось навсегда забыть о той жизни, что сделала его изгоем без рода и племени.

— Но я не уверен, что когда-нибудь смогу назвать это место своим домом, — признался Эш. — Слишком много лет отделяет мальчика, жившего здесь когда-то, от того мужчины, которым я стал.

Элизабет внимательно смотрела на Эша.

— Ты не из тех людей, которые позволяют своему прошлому лишать их будущего, — высказала она свое мнение. — И если сильно чего-то захочешь, тебя ничто уже не остановит.

Он, конечно, твердо знал, чего хочет от жизни, — любви Элизабет. Ему очень хотелось верить во взаимную любовь. Но Эш не мог доверять ни Элизабет, ни кому-нибудь другому в этом доме. Ему известны намерения Элизабет любой ценой сделать из него настоящего Пейтона.

— Ты говоришь так, словно веришь, что я смогу завоевать весь мир, — усмехнулся Эш.

— Завоевать доверие общества куда проще, Эш. И я уверена, ты справишься с этой задачей. — Элизабет улыбнулась мужу.

Эш легонько пощекотал ее теплую щеку. Из груди Элизабет вырвался удивленный вздох. В глазах он увидел слабую надежду и пробуждающееся желание. Она была так прекрасна и так желанна.

— Возвращайся домой, Эш, — прошептала Элизабет. — Возвращайся, назад в свою семью.

Семья. Разве мог он, за плечами которого была тяжелая и непростая жизнь, стать таким, каким Элизабет хотела его видеть?

— Может быть, я и Пейтон, — ответил Эш. — А может быть, и нет. Но как бы то ни было, я не могу обещать, что здесь останусь.

— Но здесь твой дом, — взволновано произнесла она. — Четсвик — это не только сооружение из камня, стекла и дерева. Это — сотни лет традиции. Наследие, словно факел, передающееся от одного поколения к другому. Ты — внук Марлоу, и без тебя этот огонь погаснет.

Эш пристально смотрел на портрет Эмори Тревелиана, чувствуя, как сердце сжимается от тоски.

— Но я не уверен в том, что я — сын Эмори, — с трудом произнес он.

— Разве? — удивленно переспросила Элизабет. Эш потер затекшие мышцы шеи.

— Если бы я не был Пейтоном, — всем было бы намного лучше от этого.

Искорки надежды, мерцавшие до этой минуты в глазах Элизабет, поглотила внезапная вспышка гнева.