Книга Леди-чертовка, страница 30 – Лиза Клейпас

— Неужто вы тоже такой? Пьете и деретесь?

— Я таким был, – признал он.

— Почему же бросили?

В ответ он широко улыбнулся:

— Не могу больше!

Пюре из весенних овощей оказалось выше всяческих похвал. Нежная молочно-оранжевая смесь действительно обладала вкусом целого огорода. Смелая гармония вяжущих помидоров, сладкой моркови, картофеля и зелени, связанных воедино густыми сливками, рождала мысли о весне. Феба откусила кусочек хрустящего гренка, щедро смазанного пюре, и прикрыла глаза, наслаждаясь вкусом. Боже, как давно она не ощущала вкус еды!

— Я же говорил! – с удовлетворением заметил мистер Рейвенел.

— А нельзя ли у вашей кухарки попросить рецепт?

— Разумеется, можно. Только… что получу взамен?

Феба хихикнула:

— А где же ваше благородство, великодушие, рыцарство, наконец.

— Я земледелец, а не рыцарь. В нашем деле – услуга за услугу

В его тоне не слышалось ни грана почтительного сочувствия, с которым обыкновенно обращаются к вдовам. Скорее это походило на… флирт? Но Феба не была уверена. Слишком много лет с ней никто не флиртовал. И разумеется, мистер Рейвенел был последним, от кого она пожелала бы такого внимания, хотя… хотя не могла не признать, что эта ситуация как-то странно ее волнует.

Началась нескончаемая череда тостов: за счастье и процветание жениха и невесты, за благополучие семей, которые собираются породниться, за королеву, за хозяина и хозяйку, за священника, за прекрасных дам и так далее. Слуги вновь и вновь наполняли бокалы прекрасными выдержанными винами, убирали опустевшие тарелки и выставляли блюдца с охлажденными ломтиками спелой дыни.

Каждая перемена блюд была аппетитнее предыдущей. Феба не представляла, чтобы кто-то мог превзойти мастерство повара в Херонс-Пойнте, но должна была признать: такой кухни, как здесь, никогда не пробовала! Ее хлебная тарелка то и дело пополнялась горячими молочными рулетами и пышными ломтями подового хлеба, к которым подавались узорчатые пирамидки чуть подсоленного сливочного масла. Лакеи вносили блюда с идеально прожаренными до хрустящей корочки корнуэльскими курами, жареными телячьими котлетами в коньячном соусе, нарезкой из овощных деликатесов вперемешку с вареными перепелиными яйцами, салатами, сияющими яркими красками, увенчанными кусочками буженины или тонкими, как бумага, ломтиками черных трюфелей, жареными говяжьими и бараньими ногами – нежное мясо было тонко нарезано и сервировано с пряной, густевшей на глазах подливой.

Феба в компании давнего врага своего мужа пробовала одно блюдо за другим – и радовалась жизни так, как ей не случалось уже очень давно. Уэстон Рейвенел оказался остроумным и любезным собеседником: делал дерзкие замечания, умудряясь оставаться в рамках приличия. Его интерес к ней был весьма непринужденным, и беседа текла легко и приятно. Феба не могла припомнить, когда в последний раз ей было так весело и когда она столько съедала.

Тут подали освежающий шербет в миниатюрных хрустальных бокалах, и, закатив глаза, она спросила:

— Какие блюда еще остались?

— Только сыр, и потом десерт.

— Меня даже на это не хватит!

Уэстон изобразил недовольство и покачал головой:

— Неужто вы позволите этому ужину вас одолеть?

Она невольно прыснула:

— Это же не спортивное состязание!

— Порой трапеза превращается в борьбу до победного конца. Вы близки к победе – бога ради, не сдавайтесь!