Книга Серебряная кожа. Истории, от которых невозможно оторваться, страница 24 – Элеонора Гильм

— Всего лишь?!

— Да ладно, я ничего такого не хотела сказать.

— Знаю. – Вета слезла с лавки и стала неловко ходить возле подъезда.

— Ну я пойду, поздно уже. Да?

— Конечно, Катя. Иди, а я еще подожду. Вдруг повезет!

Трофимова быстро, чуть подпрыгивая, скрылась за углом дома. Вета, упорная фигурка в розовом, продолжала топтаться. Ладно, последний шанс – и домой.

Высокий крупный мужчина широкими шагами мерил тротуар, одноногой было не угнаться за ним.

— Дяденька, помогите! – Из горла девочки вырвался противный писк, но мужчина остановился.

— Что случилось?

— Тут умирают…

— Кто? – В темных глазах мелькнул ужас.

«Жалостливый», – с надеждой подумала Вета. У мужчины были усталые глаза, светлая улыбка. «Похож на доброго волшебника», – решила она.

— Там сидит кошка с котятами!

— Фу ты, напугала!

— А что, их спасать не надо, пусть умирают? Смотрите!

Девочка подвела мужчину к закрытому продуху подвала. Коммунальные службы постарались на славу: решетки с широкими прутьями не давали шанса освободиться.

— Они там… Я их подкармливала раньше молоком, гречкой, а теперь сухой корм сыплю, что-то попадает им, но катастрофически мало. Уже четыре дня узники мучаются, голодают!

Услышав человеческие голоса, кошки жалобно замяукали, будто понимали, что решается их судьба.

— Да, жалко… Изверги, а не люди, – в сердцах бросил мужчина. – Голыми руками я решетки не выломаю. Девочка, как тебя зовут?

— Вета… Виолетта.

— Ты меня жди, Виолетта, я живу недалеко. Сейчас приду, я мигом! И спасем твоих пленниц.

Для девочки эти минуты тянулись бесконечно. Сердце екало: обманул дяденька. Взрослые редко серьезно воспринимают детей. Погладят по голове, улыбнутся – и уходят решать важные проблемы.

7

— Доброго вам вечера! Принимайте узников.

Запыхавшийся мужчина еле удерживал объемную сумку с инструментами в правой руке, полосатую замызганную зверушку – в левой.

Софья Ивановна брезгливо взяла кошку, сморщила нос:

— А запах-то, – она присмотрелась к мужчине, и взгляд ее потеплел. – Здравствуйте, проходите.

Счастливая Вета тащила трех котят. Несмотря на голодовку, они вопили и рвались из рук спасительницы.

— Нет с тобой покоя, горюшко ты мое. Ну зачем ты их притащила, а?

— Они же в заточении были, бабушка. – Из-под розовой шапки умильно смотрели серые с зелеными крапинками глаза.

— На старую куртку положи в прихожей, вон в том углу… И ненадолго они у нас! С ума сойдешь с тобой! Мало мне забот было.

Мужчина с интересом наблюдал за развернувшейся возней. Хозяйки принялись наперебой благодарить его.

— Пойдемте к столу. Помогли внучке, благодарю вас, сударь. – Софья Ивановна, если желала произвести впечатление, изъяснялась с помощью самых изысканных оборотов.

— Спасибо вам! Если бы не вы… – Вета не находила слов.

— Ничего особого я не сделал. Это долг мужчин – вызволять дам, попавших в беду. Спасибо за чай. Я пойду, уже поздно.

Он тихонько вышел, оставив бабушку и внучку разбираться с пополнением в семействе.

8

— Бабушка, я решила. Кошку назову Констанцией, котят – Атосом, Портосом и Арамисом, – восторженно сообщила Ветка.

Софья Ивановна скептически оглядела полосатую Констанцию. Кошка, тщательно вымытая и расчесанная – все руки Веты были исцарапаны после процедуры – облезлости своей не утратила. Констанция тщательно вылизывала пакостного «мушкетера», тот с задумчивой мордочкой созерцал шторку.