Книга Серебряная кожа. Истории, от которых невозможно оторваться, страница 19 – Элеонора Гильм

— Я веду род от Лилит?

— Да… И похоже, мне это нравится, – Эдуард кашлянул, и его рука неуверенно обхватила плечи Юли.

9

— Ты просто сияешь, подруга. Удачно погуляли?

— Это ты его подослала? Вот тебе! – Юля швырнула подушку в хохочущую Мару.

— Я, значит, помогаю, ей и бестолковому братцу личную жизнь устраиваю, а она… неблагодарная! – Теперь подушка полетела в журналистку.

— Все, хорош. Утренний туалет, завтрак – и в путь.

— Спорим, вы сегодня вдвоем пойдете. Романтика!

— А правила безопасности…

— Какие правила! Они придуманы для скучных людей.

Мара, как всегда, оказалась права. Дядя Степа уехал куда-то по делам, младший инспектор сопровождал группу японских туристов, они гомонили сейчас возле микроавтобуса.

— Ты жалеешь, что бросила это? – Эдуард обвел рукой зеленое великолепие дубов и грабов, увитых актинидией и виноградом.

— Да, жалею. Сейчас больше, чем когда-либо.

— А почему? Что произошло?

— Я не люблю говорить об этом. Глупая история.

— Расскажи.

— На практике я была прикреплена в заказник… Мне не повезло с коллективом. Нужно было проводить мониторинг охотничье-промысловых ресурсов, сам знаешь. Меня отправляли одну в весенний лес, стращали кровожадными зверями. Сейчас смешно, а тогда было неприятно. Однажды я заблудилась буквально в трех соснах, и нос к носу встретилась с медведем. Страху натерпелась, он рыкнул пару раз и ушел. Большой такой, грозный… Я в ступор впала, пошла не в ту сторону, вечером только вышла к станции. Да еще и рассказала, что случилось. Надо мной смеялись все, – Юля повела плечами.

— Из-за этого ты даже не попыталась?..

— Да, я трусиха.

— Все боятся, со временем проходит. А коллеги… Далеко не везде такая атмосфера, это скорее исключение.

— Я просто поняла, что не подхожу для этой работы. Во мне нет физической выносливости, силы воли. Я диванная кошечка. Вот так.

— Остановимся перекусить? Наверно, кошечка устала?

— Давай.

Они сели на ствол дерева, поросший изумрудным мхом. Бутерброды на свежем воздухе исчезли тотчас. Эдуард протянул ей бутылку с водой, а потом сам жадно припал к горлышку. Напившись, он долго и тщательно закручивал бутылку, снял очки и одним резким движение притянул Юлю. Она закрыла глаза. Кажется, счастье пришло.

Эдуард не мог поверить в реальность происходящего. Его лес. Его дальневосточный храм, где он поклоняется природе. И рядом с ним Юлия – девушка-мечта, девушка-праздник.

— У тебя глаза как у…

— Леопарда? Это, как я понимаю, наивысшая похвала?

— Ты права. Сейчас попробуем тихо подойти к логову Лили. Возможно, ты увидишь не только ее.

— Она многодетная мать?

Юля отгоняла от себя страх. Когда-то она испугалась медведя, а сейчас ей предлагали встретиться с красивой, но грозной кошкой. А если она решит поохотиться?

— Да, у нее трое детенышей. Им от силы месяца два.

— Они такие хорошенькие! А Лилит везучая: из капкана вызволили, лапу вылечили, сейчас живет в таком чудесном лесу. И личная жизнь сложилась.

— Ты бы хотела быть на ее месте?

Юля засмеялась, легкий разговор будоражил, словно игристое вино. Как скованный, даже угрюмый Эдик превратился в обаятельного шутника? Или это эндорфин с окситоцином забавляются? Вспомнились лекции по биологии и чудак-профессор, каждую улыбку и движение объяснявший игрой гормонов.