Книга Его Высочество Пиц. Узы, страница 85 – Елена Бауэр

В конце концов, Цесаревича и принцессу оставили одних, чтобы они могли объясниться. Через двадцать минут пара вышла из комнаты с такими сияющими лицами, что ни у кого не осталось сомнений – любовь, наконец, восторжествовала! Родственники обнимались и поздравляли друг друга, словно праздновали долгожданную победу. Гора свалилась с плеч Сергея и Эллы. Еще месяц назад они были уверены, что свадьбе Ники и Аликс не бывать, но вдруг все сложилось самым благоприятным образом. Что это было, как ни чудо?

Павел был счастлив за племянника. Жаль, что его собственная семейная жизнь была так коротка. Неужели теперь всегда придется довольствоваться тайными интрижками с чужими женами? Подобные мысли повергали Великого Князя в глубокое уныние. Однажды, когда Пиц в очередной раз задумался о своей горькой участи, он поймал на себе пытливый взгляд королевы Виктории. Старуха с нескрываемым любопытством разглядывала его своими огромными рыбьими глазами. Павел внутренне съежился под таким препарирующим изучением.

Вдруг в нарядной, праздничной толпе Павел увидел Аликс. Не невесту Ники, а свою дорогую Аликс, чей смех и запах волос он никак не мог забыть. Великий Князь бросился вслед за видением. Когда он поравнялся с девушкой и заглянул в лицо, с огромным разочарованием обнаружил, что на самом деле она мало была похожа на ту, которая ушла так рано, и тоска по которой все еще жила в сердце Павла.

III

Королева Виктория и ее внуки с супругами отправились в Дармштадт, сопровождать торжественный въезд молодоженов. Павел с остальными родственниками вернулись в Россию.

В Петербурге, где уже пахло весной, томилась в ожидании Великого Князя замужняя мать троих детей. Вопреки всякому здравому смыслу, Ольга все больше привязывалась к Его Высочеству, с трудом выдерживая долгую разлуку. Особенно тяжело давалось молчание. Невозможность написать любимому, объясниться были мучительны. Лёле мерещились хищные принцессы, которые так и норовили поймать ее породистого красавца в свои золотые равнородные сети. Она вскакивала ночью в ужасе, а потом долго не могла заснуть.

В одну из ночей к ней в спальню неожиданно ввалился пьяный Пистолькорс, который давно стал редким гостем в ее покоях. Гневно сверкая черными очами, муж с порога потребовал немедленного исполнения супружеских обязанностей.

— Ты в своем уме? Возвращайся к своим уличным девкам! Пусть они тебя ублажают! – внезапные требования гуляки Лёлю несколько обескуражили.

— А супруга моя кого ублажает? Великого Князя? – пошатываясь, штаб-ротмистр пытался схватить Ольгу, которая выскочила из кровати и приготовилась к следующему броску. Заторможенная алкоголем реакция подводила разбушевавшегося рогоносца.

— Да хоть бы и так! – жена не боялась Эрика. Кто он в сравнении с членом Императорской фамилии? Полный ноль! Ничтожество!

Все же Пистолькорсу удалось крепко схватить супругу за руку.

— Только посмей! – процедила сквозь зубы Лёля. – Поедешь в кандалах в Сибирь! Павел тебе это устроит!

Мозг под коньячными парами соображал не быстро, но все же, пусть и с задержкой, сигнал опасности передал. Эрик задумался, остановился и, отпустив жену, уселся прямо на пол. Вдруг бравый кавалерист заплакал пьяными слезами.

— Ты сделала из меня посмешище! Как жить? Хоть пулю в лоб!