Книга Его Высочество Пиц. Узы, страница 62 – Елена Бауэр

— Это моя вина! – сквозь слезы в голосе Павла ярко звучала злость на самого себя. – Я несу смерть всем, кто меня любит!

— Пиц, в этом никто не виноват! К несчастью, такое случается… Помнишь Мещерскую, в которую Саша был влюблен до женитьбы на Минни? Она умерла при родах от таких же осложнений… А Костина Мавра вон – настоящая машина делать детей, сущий инкубатор, плодится и плодится, и ничего с ней не делается, – Сергей старался говорить тихо, монотонно, чтобы хоть немного успокоить брата.

— Тебе меня не переубедить! Взгляни на факты – Мамá, Папá, Аликс… и даже Татьяна Юсупова, она ведь тоже была в меня влюблена… – Брата сотрясла новая волна рыданий.

— Тогда бы я первый должен был умереть, ведь я люблю тебя, пожалуй, больше всех! А теперь, поверь, еще сильнее, еще нежнее, чем когда-либо. Я страдаю с тобой твоим страданием, тоскую твоей тоской… Ежели было бы возможно, я бы забрал часть твоей боли, чтобы тебе было хоть немного легче!

— Все, кто мне дорог, будто отмечены печатью смерти. Будто все они уже отразились в глазах ангела бездны! Тебе не нужно меня любить! Никому не должно меня любить, потому что в этом кроется смертельная опасность!

— Дорогой мой, мы все здесь временно… На все воля Божия! Мы можем лишь надеяться, что, когда придет время, мы встретим всех так нами горячо любимых рядом с Господом!

Но Павел не хотел слушать брата.

— За что мне такие муки? Почему меня лишают всех, кого я люблю? За что Господь меня так наказывает?

— Цып, мой бедный Цып… – в ту минуту отчаянного горя, с Павлом бесполезно было говорить, особенно о смирении и покорности воле Господа.

— Тогда почему все будут счастливы здесь, а я только там? Почему я обречен здесь на одиночество и вечную скорбь? – кричал Павел.

Боль и отчаяние рвали его душу в клочья, не давая принять случившееся. Он вскочил и заметался по комнате, круша все, что попадалось ему под руки. Сергей позволил брату выплеснуть гнев, затем подошел к нему и крепко обнял. Пиц обмяк и снова зарыдал.

— Как мне жить? Как мне жить теперь без нее?

II

Сергей велел закрыть комнату Аликс, оставив все так, как было при ее жизни.

Шестнадцатого сентября Царская семья с братьями усопшей греческой принцессы прибыли в скорбящую Москву. Гроб уже стоял на станции в черном вагоне, в котором постоянно дежурили два офицера конной гвардии. После краткой литии траурный вагон прикрепили к поезду Александра III и повезли тело юной Аликс в Санкт-Петербург.

— Не могу поверить, что это наяву. Кажется, все это – какой-то зловещий сон, – Ники попытался выразить сочувствие Павлу, но тот, пребывая в глухом отчаянии, лишь кивнул в ответ.

Подали завтрак. Ели молча. Никто не решался нарушить тягостную атмосферу пустой болтовней. По вагону раздавался лишь стук вилок и ножей о тарелки под аккомпанемент монотонного стука колес.

Бесконечный, как юдоль плача, день никак не заканчивался.

Следующим утром поезд прибыл на Николаевскую станцию, где его встретили остававшиеся в Петербурге родственники. Из Кобурга прибыла и сестра Мария с детьми. Все встречающие были в глубоком трауре. От воцарившейся в столице скорби день почернел.

Мужчины из монаршей семьи вынесли гроб и поставили на печальную колесницу. Похоронная процессия тронулась в путь к собору Петропавловской крепости, останавливаясь лишь у храмов, где служили краткие литии. Павел с трудом передвигал своими ватными ногами, расплывчато осознавая, что происходит вокруг.