Книга Ярый. Становление, страница 62 – Константин Борисов-Назимов

— Ярый, ты на глазах глупеешь, — морщусь и сам себе нотацию читаю: — Где логика? Примерно же понял, что произошло! Так на хрена сюда поперся? В своей шкуре дротик следует найти!

Разделся до гола, почему-то вспомнив электрика. Интересно, тот одежду отыскал? Капля крови на бедре, небольшое онемение и инородный предмет под кожей, это то, что искал! Дротик выходит неохотно, выдавил его на сантиметр, а потом попытался выдернуть и чуть от боли не взвыл. Знакомая и мерзкая штучка, попадая в тело жертвы острие раскрывается на несколько составных частей и в кровь устремляется яд. Сжал зубы и не обращая внимания на усиливающуюся боль медленно вытянул пяти сантиметровый дротик. Резко его выдирать нельзя, потом пришлось бы разрезать и чистить рану.

— Гадость! — поморщился и активировал заклинание восстановления.

На этот раз сработало, но ожидал другого. Пульсирующая боль в голове прошла, а вот бедро стало краснеть и дергать. Не хотелось, но пришлось делать разрез, явно что-то в ране осталось. Так и оказалось, тонкая игла, светящаяся зелеными переливами. Отток магии прекратился, но восстанавливаться предстоит пару дней, не меньше. Впрочем, аналогичные яды умею выводить, для этого потребуется ледяная вода. Оделся и побрел на выход, надеясь поскорее оказаться дома.

Еще не доходя до места, откуда заходили в городской парк, увидел всполохи света от люстр полицейских машин, а потом разобрал и голоса. В том числе ругань, запрещающую кому-то отправиться в парк. Через какое-то время раздался сердитый голос в микрофон:

— Парк оцеплен! При попытке проникновения за оцепление будут приняты крайние меры!

Интересно какие? Не станут же стрелять! А меня таким правонарушителем не посчитают? Что-то нет желания оказаться в полицейском участке, а то и тюрьму посетить в качестве арестованного.

— Стоять! — прозвучал приказ, когда я вышел из кустов, где наша группа заходила за купол.

Мне в лицо ударил свет прожектора, пришлось зажмуриться и подчиниться. Как-то неуютно находиться под прицелами автоматчиков, а их тут немало.

— Отставить! — прозвучал в микрофон голос Шувалова. — Алекс Григорьевич, простите за недоразумение!

Гм, зачем он мое имя отчество во всеуслышание произнес? Кстати, вспышки от фотокамер лишние, нет желания делаться знаменитостью. Ха! Забыл в каком виде! Опознать меня невозможно, если только по шашкам, но они в ножнах, а Резо и Ника не станут кричать на каждом углу для кого они оружие сделали.

— Алекс, ты чего так долго?! — послышался голос княжны.

— Двигаться уже могу? — приоткрыл глаза осматривая стоящее в отдалении оцепление и приближающуюся Анастасию с Оксаной и Захаром.

— Разумеется! — отмахнулась княжна. — Ты ужасно выглядишь! Ранен? Помощь требуется?

— Стойкое желание отсюда убраться, — хмыкнул я, заметив, как какой-то проныра с видеокамерой забрался на крышу микроавтобуса.

— Командир, прости, но вряд ли тебя быстро отпустят, — хмыкнул Захар.

— Посмотрим, — неопределенно сказал встречающим, а сам не понимаю, как добраться домой.

Джип остался на стоянке воинской части, такси не вызвать, в таком виде меня никто в салон не пустит.

— Захар, дело есть, — посмотрел я на воина.

— Слушаю, — улыбнулся тот.

— Пригони мою машину в какой-нибудь темный переулок, — я достал из кармана ключи.