Книга Рокировка. Новый СССР, страница 116 – Константин Борисов-Назимов

— Значитца из Калинина, школьник ещё, — усмехнулся мой соперник.

— Да, — покивал я.

— А я, механик с местной автобазы, всех обыгрываю, и мужики посоветовали попытать удачу в отборе на областные состязания. Говорят, что у меня, этот, как его там? — он икнул и нахмурился.

— Талант? — подсказал я.

— Точняк! — обрадовался мужик. — Ты, парень, не обижайся, если продуешь.

— И ты зла не держи, — ответил ему и тут распорядитель объявил, что играющие за чёрных могут запускать часы противника.

Н-да, теорию мой соперник знает плохо, несколько нестандартных ответвлений и его позиция рассыпалась. Я потратил семь минут времени, а механик десять, и то две последние минуты он размышлял над своим ходом, а потом сдался.

— Всё же у тебя второй разряд, — пожимая мне руку, сказала Семён, так он до этого представился. — Слушай, с меня стакан за науку. Пойдём, махнём! У меня с собой! — он снял со спинки стула сумку, в которой явственно что-то булькнуло.

— Прости, но я пасс, — отрицательно качнул головой. — Ты-то выбыл, а мне ещё играть.

— Точно, — он хлопнул себя по лбу. — Тады дружков поищу или тех, проигрался, как и я.

Хм, а механик-то расстроился, хотя вида не хочет подавать.

— Ты неплохо играл, — решил я подсластить пилюлю, — но, не повезло, я нацелен взять не только областные, но и Союзные. А разряд второй это временно.

— Врёшь! — не поверил Семён.

— Зато потом будешь рассказывать, как играл с чемпионом, — подмигнул я. — Ладно, удачи и завязывай пить, играешь-то неплохо в самом деле, а если подучишь теорию, то первый разряд сумеешь получить.

Встав, я взял бланк с записанной шахматной партией и направился к судьям. Те отметили мою победу и предупредили, что следующая игра начнётся не раньше, чем через полчаса. Я вышел из душного спортзала и почти сразу же столкнулся с Жанной, идущей навстречу.

— Как дела? — спросила девушка. — Выиграл?

— Да, — кивнул я.

— А твой тренер? — уточнила Жанна. — Надеюсь, проиграл?

— Чего ты на него взъелась? — спросил журналистку.

— Дурак он, — поморщилась та.

Хм, а ведь её лицо, что та открытая книга. За Курзина переживает, ищет его, но бесится. Что это значит? Ну, если вспомнить, что он девушку к себе пьяную привёз, а та отчего-то не удовлетворена, то… не смогла его в койку затащить, как бы дико это не звучало. Не он её, а она его! Готов съесть пешку, что прав! Гм, с условием, что шахматная фигура будет из шоколада или чего-то съестного. На сто процентов-то не уверен, что между ними произошло, но, думаю, угадал.

— Жан, а как насчёт того, чтобы организовать собственный журнал или газету, посвящённую шахматам? — задумчиво задал я вопрос, сам ему поразившись.

С чего такие мысли возникли? Ведь об этом даже не задумывался, а с языка сорвалось. Или постоянно ищу, как бы заработать? Да, наверное, это так, если вспомнить свою реакцию, когда увидел важного господина с сотовым телефоном.

— У тебя есть тысяч сто-сто пятьдесят? Сумеешь получить одобрение в обкоме, пройти экспертизу в министерстве печати и договориться насчёт сбыта? А как насчёт подыскать место для редакции? Нанять сотрудников и платить им зарплату? Ой, — девушка покачала головой, — совсем забыла о самом начальном этапе! Такое дело позволительно организовывать главам кланов или с их одобрения, своего рода, поручительство. Уже в какой-то вступить собираешься?