Книга Дебют. Жить в СССР, страница 99 – Константин Борисов-Назимов

Ответа нет, не исключено, что ошибаюсь либо магия как-то определяет эмоции по всполохам аур и делает заключение.

— И какова вероятность, что это всё на самом деле? — задаюсь вопросом и переадресовываю его в свой источник.

Вновь наглядный ответ, он на виртуальной карте у каждого живого существа. В том числе и голодного пса, которого мучает вопрос, где он вчера кость зарыл. Вероятный процент сканирования живых существ колеблется от семидесяти, до девяносто девяти, как в случае с собакой, процентов. Радиус действия карты меня устраивает, порядка двухсот метров. А вот то, что контуры этакого магического навигатора стали стремительно темнеть — опечалило. Затраты энергии дара на такое сканирование и преобразование окружающего пространства в виде схемы оказалось чрезвычайно высоко. В источнике осталось треть магии, за всего-то несколько минут. Поэтому постоянно такое заклинание или приказ нельзя использовать. Или пытаться как-то оптимизировать! Зачем мне знать думы или мечтания животных? Надо же определить угрозу, а остальное не так и важно. Ну, или очертить контуры того, что может представлять интерес. Кстати, очень неплохое подспорье при игре в магических турнирах. Правда, доверять сканированию на сто процентов никак нельзя.

— Горцев, Сергей, подожди! — раздался крик биологички.

Остановился, Нина Анатольевна ко мне спешно направляется, а следом за ней, метрах в пятидесяти, чуть ли не побежала Марианна Леонидовна. Интересно, классная испугалась, что Дугарова меня убивать начнёт?

— Нина Анатольевна, зачем так нервничаете? — спросил биологичку, когда та запыхавшись ко мне подошла.

— Прости, дура я старая, — она опустила голову, а пальцы теребят карманы пальто.

Делаю Мальцевой знак рукой, чтобы не подходила пока, та останавливается и напряжённо в спину Дугаровой смотрит. При этом во взгляде Марианны ничего отдалённого на робость нет, наоборот, это она способна совершить опрометчивый поступок. А делать этого рядом со школой никак нельзя, свидетелей тут полно.

— Вы далеко не глупы, — покачал я головой.

— За Лиду переживаю, она, глупая девчонка, всё неправильно делает, но в этом есть и моя вина, — произнесла Нина Анатольевна, стараясь что-то прочесть по моему лицу. — Она не понимает моих мотивов и что её оберегаю.

— Что вы хотели? — уточнил я, не собираясь соглашаться, но и возражать не хочу.

Какой в этом смыл? Биологичка уже всё своими действиями сказала, её мнение вряд ли изменится, а если и пересмотрит своё отношение к жизни дочери, то не сразу.

— Сергей, я же не думала, что Иннокентия начнут избивать. Просила его приструнить, да Лиду домой привести. Посадила бы под замок, уму разуму научила, она бы и образумилась, — подбирая слова сказала Дугарова.

— У меня-то чего прощение просите? — хмыкнул я. — За то, что родственников пытались натравить или за выбивалку для ковров, которой меня охаживали? Считайте, этот эпизод забыл, а вот то, как поступили с дочерью и Кешой, уж простите, — развёл руками, — не забуду.

— Значит между мной и тобой мир? — повеселев, уточнила Нина Анатольевна, а потом печально вздохнула: — Племянники всё не так поняли, им вообще ничего доверить нельзя. Знала же, что чуть что сразу кулаками машут. Как бы мне с Лидой поговорить, не поможешь?