Книга Травник, страница 80 – Константин Борисов-Назимов

Глава 10. СОМОВКА

Вика лежит на диване и ее тело бьет крупная дрожь. Лай и Барсик сидят рядом и не отрывают от своей маленькой хозяйки испуганного взгляда. Лера роется в большой обувной коробке с лекарствами. Кладу девочке на лобик ладонь и посылаю успокаивающую и обезболивающую толику своего дара. Хренак! Мне приходит жесткий ответ, руку пронзает дикая боль, достающая до самого плеча. Непроизвольно отшатнулся и не понимаю, как такое возможно. Вторая попытка и вновь меня шибануло и на этот раз уже сильнее, даже на секунду потерял ориентацию.

— Стас, может обезболивающее ей уколоть? — разрывая упаковку со шприцем, спрашивает женщина.

— Делай лекарство, — сцепив зубы, говорю я и обращаюсь к своему источнику с просьбой задействовать все резервы.

Вновь тяну ладони к девочке, у которой уже закатываются глаза и дыхание становится реже.

— Емкость мне с водой, любую и быстро! — оглядываюсь на мать девочки.

— Ваза подойдет? — хватает она ту со стола.

— Ставь рядом со мной, — указываю на пол и третий раз пытаюсь усмирить боль у девочки.

Ладонь пронзают тысячи мелких иголок, пальцев не чувствую, но сцепив зубы уже борюсь сам с собой, чтобы посылать энергию в тело девочки. Организую отвод боли от своей ладони, перенаправляя негативную энергию в вазу. Мгновение и вода закипает, остывает и покрывается льдом, потом резко тает и начинает бурлить, из емкости валит пар, но вот он прекращается и уже вижу кристаллики льда. Дыхание у Вики выравнивается, а ваза с резким хлопком разлетается на тысячи осколков.

— Ты как? — хриплю из последних сил, удерживая ладонь на лбу ребенка и чувствую, что в любой момент могу лишиться сил.

— Дядя Стас, приступ прошел, — слабым голосом сообщает Вика, а потом спрашивает: — Почему у тебя все лицо в крови?

— Ваза взорвалась, — отвечает вместо меня Лера. — Стас, ты очень бледный, руку убери, уже все хорошо.

— Да-да, — медленно кивнул и с трудом снял ладонь со лба девочки.

Блин, онемение в руке не прошло, ощущение от «иголок» не прошло, но боль начинает стихать. Энергии дара почти не осталось, вновь все свои резервы вычерпал. Но самое фиговое — нет понимания, что происходит. Почему с таким трудом вливается в организм девочки энергия, призванная утихомирить боль? Что это за болезнь такая?

— Стас, дай обработаю порезы, — наклонилась ко мне мать девочки.

— Умоюсь, вытащу осколки, если таковые есть, а потом залечу, — отмахнулся я и встал.

Что-то негативное в отведенной энергии присутствовало, это понял после того, как извел пяток подорожников. Большие и сочные листья чернели и рассыпались, когда их прикладывал к ранкам. О таком мне ничего Ульяна не рассказывала. Впрочем, наставница разговоры на лекарскую тему не жаловала. Черт, опять не хватает знаний и информации!

— Пойдем ужинать, скоро стемнеет, — вышла ко мне Лера. — Комнату для тебя подготовила, скромно, но жить можно.

— Спасибо, — ответил я. — Скажи, а сеть тут есть?

— Информационная? — уточнила женщина, а когда я кивнул, то отрицательно головой покачала: — Нет, дорогое удовольствие, а еще необходим компьютер, которого у нас нет.

— Тоска-печаль, — буркнул я себе под нос.

Ужин прошел молчаливо, Вика вымоталась и даже стала капризничать, чего от такой не по годам разумной девочки не ожидал. Дойдя до отведенной мне комнаты сразу завалился на кровать и проснулся на рассвете от какого-то пристального взгляда.