Книга Отставникъ, страница 86 – Константин Борисов-Назимов

— Ох, как же тяжело ждать победы, — покачала головой та, внимательно меня рассматривая. — Уже и приемы не такие становятся, дочерям не с кем потанцевать. Кстати, я графиня Шумская, Елизавета Федоровна, а это, — она указала на стоящую рядом девушку, на голову ее выше, — моя старшенькая, Машенька.

— Очень приятно, — склонил я голову, — поручик Голицын Михаил Юрьевич.

— Не ваш ли батюшка владеет табачными фабриками? — поинтересовалась графиня.

Ищет подходящую партию одной из дочерей, а заданный вопрос позволит понять, насколько я состоятелен.

— Увы, вы ошиблись, — покачал головой. — У нас в роду промышленников нет, только небольшое хозяйство под Ярославлем. Даже титула не имею.

— Вот как? — разочаровано произнесла дама, при этом чуть нахмурившись и продолжая меня оценивать. — Да, действительно, ошиблась, но это не означает того, что вы не добьетесь успеха. Не так ли?

Почему она не желает меня отпускать? Неужели другую жертву не присмотрела или таковых на вечеринке нет? Хотя, Машенька-то уже в девицах засиделась, при этом ей всего лет двадцать пять. Немного нескладная фигура, но личико симпатичное. Правда, косметика нанесена отвратно, не скрывает, а подчеркивает недостатки. Прическа тоже ей не подходит, но зато матушка богата. Но женихов почему-то не наблюдается.

— О Михаиле Юрьевиче вы еще обязательно услышите, дорогая моя Елизавета Федоровна, — холодно произнесла хозяйка вечера, оказавшись возле меня и чуть капризно продолжив: — Господин поручик, на секунду отошла, а вы уже вовсю с другими флиртуете.

Зрачки у графини расширились, на губах появилась кривая улыбка, словно она предвкушает, как начнет разносить сплетни.

— Верочка, прости, мы лишь познакомились и мило беседовали, — подыграл я госпоже Холодной, которая точно не соответствует характером фамилии супруга.

— Ой, а вот наконец-то и музыка! Да будут танцы! — громогласно провозгласила Вера и посмотрела на меня: — Помнится, вы меня ангажировали, и я согласилась. Так чего же ждете? Ведите!

Вальс, как давно я его не слышал, не говоря уже, чтобы являться одним из участников на танцполе. А вот тело помнит, движения отточены, ритм выдерживаю и при этом с Верой успеваю переговариваться:

— Только не говорите, что приревновали, — говорю партнерше по танцу.

— Как вы о таком подумали? — качает головой та. — Считайте — спасла от брака. Графиня Шумская спит и видит, как старшенькую спихнуть. Кстати, их семейство в долгах, как в шелках.

— Мне это безразлично, тебя тут никто не затмит!

— Это, потому что рядом нет госпожи Исаевой? — чуть прищурилась актриса.

А ведь она все же ревнует, при этом еще не имеет на то оснований. Пара поцелуев не в счет, да и ухаживать за ней мне не пришлось. Или сработало притяжение, когда сам не понимаешь почему, а чувствуешь родственную душу. Но ведь и с Настей примерно такие же ощущения. При этом, интуиция говорит, что ни та, ни вторая не смогут со мной долго находиться рядом, в качестве любовниц. Уж не из-за того ли, что знаю, в каком направлении будет идти империя и какие для всех окажутся последствия? Если задуматься, то, скорее всего, госпожа Исаева отправится спасать раненых, а Вера продолжит заниматься тем, чем умеет. Анастасия еще сможет выбрать чью-то сторону, даже заведомо зная, что та проиграет. А вот у Холодной вариантов не останется, ей придется приспосабливаться к той власти, которая установится. Будет ли жить хуже? Нет, поклонники не исчезнут, поменяются и не более того. Но это при условии, что реализуется известный мне сценарий, а этого постараюсь не допустить. Успею ли за два оставшихся года что-то сделать? Тоже нет уверенности, но приложу к этому все силы. Беда в том, что революция происходила молниеносно и стремительно, ключевые события сменяли друг друга, а точных дат знаю мало.