Книга Книжник, страница 119 – Константин Борисов-Назимов

— Бог с тобой! Какой заговор, десять минут выкроишь и своими глазами на древнюю посуду посмотришь. Что если чем-то заинтересуешься и решишь прикупить? — ответил я.

И все-то Вельда понимает, с подругой переглянулась, а потом соблазнилась:

— Только одним глазком и сразу в трактир!

— Разумеется! — не сумев скрыть торжество в голосе, заверил я женщину.

Террия выразительно на нас посмотрела, когда вновь уверенно к замку направились. Кстати, локоть Вельды я так и не выпустил, а та руку не выдернула. Шалий прекрасно понял мои намерения, незаметно показал взглядом на дочку коменданта. Мол, не переживай, возьму ее на себя и отвлеку. Ну, приятна такая мужская солидарность, однако, поймал себя на мысли, что ощутил еще и раздражение. Как бы он с Террией не переусердствовал и в свои апартаменты не затащил. У сына судьи язык подвешен хорошо, а вокруг девушки он давно увивается. Правда, между ними не заметил обожающих взглядов. Впрочем, Даркалий рядом, как и Ваншан, они не позволят Террии зайти далеко, ну, почему-то хочется так думать.

Реакция хозяйки трактира на золотую утварь оказалась сдержанной и даже где-то разочарованной. Вельда признала, что добыча хороша, себе бы прикупила кубок, но не располагает таким количеством денег. Не смогла посоветовать и купца, способному дать реальную стоимость или приближенную к таковой. Наотрез отказалась посетить мой кабинет. Ее не заинтересовали ни присланные документы, ни обещанные изумительные красоты из окон. Зато крутившаяся рядом Атрия не сдерживает улыбки. Уже мысленно смирился с обломом, поинтересовался у хозяйки трактира на всякий случай:

— Я тут с коммуникациями разбираюсь. Там есть пластины из непонятного материала, примерно тридцать на шестьдесят и пару сантиметров толщиной. На каждой повторяется гравировка. Не приходилось встречать?

Мои слова не заинтересовали ни Шалия, ни Террию, они все слышали, как и хозяйка трактира. Вельда же неуверенно кивнула и заявила:

— По описанию сложно судить, надо бы взглянуть. Есть какая-то ассоциация, а вспомнить не могу.

— Слушай, очень бы оказался признателен! Те, про которые говорю, пришли в негодность, их следует заменить. Если найдешь целые, то готов заплатить!

— Сколько? — меркантильно уточнила Вельда, о чем-то сосредоточенно размышляя.

— Ну, золотой за пластину? — обозначил я цену, понимая, что это слишком дешево.

Впрочем, не факт, что поменяв поврежденные части заставлю работать неизвестный агрегат. Точнее, газораспределительный, так я обозначил для себя этот узел.

— Пять золотых, — подумав, предложила хозяйка трактира.

— Так они у тебя есть? — удивился я. — Исправные?

— Завалялось пара десятков, — признала женщина. — Внешне без повреждений, крепкие, в хозяйстве малопригодные.

— А чего тогда цену ломишь, если они не нужны? — возмущенно на нее посмотрел.

— Так есть же покупатель, — расцвела на ее губах улыбка.

— Сперва убедись, что они именно те, которые ищу, — буркнул я, мысленно прикидывая, что сотню золотом заплатить в данный момент не смогу.

С другой стороны, купив семь штук и восстановив работу кухонных печей об этом Вельда мгновенно узнает и задерет ценник. Какие бы отношения нас не связывали, тут ничего личного, просто деньги. Хозяйка трактира, как и любая другая женщина, хочет не только внимания, но и достаток. Нет, дамы еще стремятся к уюту и домашнему очагу. Последнее утверждение к моей любовнице, вроде бы, не имеет отношения, а там чем черт не шутит. Мысли-то читать не умею, а во всполохах аур еще плохо ориентируюсь. Отличаю только сильные эмоции, а на оттенки внимания не обращаю.