Книга Мое призвание, страница 7 – Константин Борисов-Назимов

— Уже понял, — кивнул я и покачал головой.

Действительно, бездумно кто-то артефакт скопировал, но не все его плетения и скрытые руны нанес. Следует ли говорить, что если предмет усовершенствовать, то он способен сигнализировать о супружеской измене, устанавливать местонахождение владельца, осуществлять между парой мысленную связь? Разумеется, это далеко не все его возможности.

— Что хотели? — не выдержал молчания арестант.

— Вы меня не перебивайте, только следите за рассказом, — я посмотрел в глаза Антону Борисовичу и когда тот согласно кивнул, продолжил: — Перескажу известные факты, меня не интересует финансовая сторона. Возражения? — чуть повысил голос, размышляя, а не воспользоваться ли руной подчинения, совместив ее с заклинанием правдивости.

Изначально так планировал поступить, а теперь сомневаюсь, что после такого, его источник, да и он сам выдержат. Бесчисленное количество гематом на теле арестанта, порваны несколько связок, выбиты зубы, трещина в колене и сломано три ребра. Если ему помощь не оказать, то суток не проживет. Это при учете того, что про него все забудут.

— Итак. Ваш кредитор праздновал в вашем заведении юбилей. Почему он не устроил прием в собственном доме мы задаваться вопросом не станем, не до этого сейчас. Торжество шло нормально ровно до того момента, как вы не преподнесли торт, собственноручно изготовленный. В последнем оказался яд, действующий на определенных людей, что указывает на вас. В том числе обнаружены составляющие на вашей кухне и остатки в пиале. Меня больше всего интересует рецептура и то откуда вам стало известно темное заклинание, подвластное некромантам. Уже не секрет, что вы обладатель темного дара, но до этой поры применяли его во благо окружающим. Все верно? — задал вопрос, внимательно отслеживая ауру и источник подозреваемого.

Пока говорил, то Семен Игоревич все больше мрачнел и даже кулаки сжал. А вот Зарин, такая фамилия у трактирщика и ресторатора, выслушал молча и неопределенно пожал плечами.

— Говорите, — устало произнес сыщик.

— Нет необходимости, — взмахнул я рукой и подошел к Антону Борисовичу. — Сейчас будет очень больно, но вы вспомните то, над чем так долго бьетесь, — оглянулся на сыщика и спросил: — Господин Бурин, вам же докладывали, что некоторые моменты ваш знакомый не в состоянии рассказать?

— Незначительные детали, — прищурившись, ответил тот.

— Дьявол кроется в мелочах, — хмыкнул я и активировал созданную паутину внутри источника арестанта.

У Зарина подкосились ноги, и он бы рухнул, не подхвати я его. Сам ли он травил своих кредиторов или кто-то другой? Пока на этот вопрос нет ответа. Знаю только то, что его подставили и наложили плетение темноты и забвения на некоторые эпизоды в недавнем прошлом. Имеют ли они отношение к делу? Подозреваю, что там кроются ответы. Конечно, мог бы действовать не так топорно, да боюсь, у Антона Борисовича времени нет. Сильно разницы не вижу от чего он умрет, с петлей на шее, на расстреле, стоя перед строем солдат или его забьют сокамерники или тюремщики с дознавателями. Уверен, даже господин Бурин не в силах последнему помешать. Умер банкир-меценат и его супруга, пострадала их родня и гости. Удалось спасти сына и дочь, но и те пока в себя окончательно не пришли.