Книга Магнат, страница 67 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Пытаться у женщины отобрать драгоценности — что у ребёнка конфету, — тяжело вздохнул седовласый дедок, и зал дружно рассмеялся.

Алексей понял, что ювелирные изделия он сегодня распродаст все без остатка, надо новый запас из Европы переправлять. И с внедрением казацких рублей в оборот — дело тоже пошло на лад. Все взаиморасчёты в кооперативе будут идти в новой валюте. А кооператив–то теперь разросся до размера Парагвая, ибо столичным богатеям принадлежали и железные рудники, и речное пароходство, да и прочий крупный бизнес в провинции.

Выходит, не зря Алексей потратил уйму времени в морском походе на изучение хитростей капиталистической экономики. Хорошими учителями оказались Семён с Андреем. Хотя этим вечером русский магнат, похоже, сумел бы удивить даже прожжённых коммивояжёров — цыгане, и те сегодня бы, смотрелись на фоне казака весьма бледно. Во всяком случае, ростовские евреи батюшку Алексея зауважали ещё больше. Даже если бы не прошла организация кооператива, то уж всю ювелирку казак распродал столичным барышням очень лихо.

Президент Парагвая тоже высоко оценил деловые качества русского магната. Подойдя к Лукасу Гутиэросу, он кивнул в сторону казака:

— Ну как вам показался господин Ронин?

— Очень толковый организатор, — поцокал языком полицейский генерал. — Умеет работать с любым материалом.

— Я прочитал, что донские казаки строят в степи дома из палок, глины и соломы, — не сразу понял иносказательный смысл фразы министра Перейра. — А печки зимой топят сушёным навозом.

— Про навоз я уже догадался, — рассмеялся Гутиэрос, вспомнив беседу с казаком об уголовниках. — Господин Ронин строит империю из подручных средств. А вот, к какому материалу отнести нас с вами, Мануэль, к соломе или глине?

— А-а, вы в философском смысле? — наконец догадался интеллигент. — Я полагаю, что мы с вами крепкие жерди в стене нового казацкого дома, а вокруг нас глина и солома, — Перейра показал взглядом на, суетящихся у стеклянных витрин, бизнесменов и их супруг.

— Да-а, Мануэль, интересно поглядеть, какую казацкую хибару сваляет из парагвайского хлама молодой зодчий, — хохотнув, скосил глаз на Алексея министр–циник.

— Я думаю, Лукас, что у пастыря выйдет чудесный храм, — дружески похлопал по плечу, теперь уже однозначно своего соратника, президент и мечтательно вздохнул: — Храм с золотыми куполами.

— Только где зодчий найдёт золото? — рассмеялся министр.

— Русский батюшка уж сумеет отыскать, — не сомневался в талантах архитектора нового мира президент ветхого Парагвая.

Глава 7. Небесный Ягуар

В понедельник во дворце парламента собралась часть из тех делегатов, которые вчера хапали для своих жён дармовые ювелирные украшения, только теперь людишек числом сильно поубавилось, ибо не у всех богатеев имелись депутатские мандаты. Малоимущих среди парламентариев не было. Политическая власть — дело прибыльное.

На трибуну опять вначале взошёл президент республики и толкнул пространную речь о необходимости заключения договора с русскими эмигрантами. Слушали его вполуха, народных избранников не очень–то интересовали государственные резоны. Зато уж, когда трибуну занял казацкий магнат, в зале воцарилась напряжённая тишина.

— Уважаемые синьоры, не стоит долго разглагольствовать о коммерческой пользе контракта на передачу пустынных земель Гран Чако в долгосрочную аренду казацкой общине, — обвёл притихшую публику внимательным взглядом Алексей. — Но без своей земли казакам в Парагвае делать нечего, а, следовательно, бума эмиграции не будет и промышленного роста не произойдёт. Контракты с казачьим кооперативом о приобретении им прав на имущество промышленников и владельцев недвижимости могут быть подписаны только при условии выдачи разрешения на аренду всего Гран Чако.