Книга Владыка, страница 144 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Ну тогда, господа парагвайские казаки, мы ещё мало у атамана выпросили, — обернувшись к офицерам, рассмеялся Врангель.

— Кабы раньше ко мне заявились с дельными предложениями, так намного бы меньшие потери понесли в «запланированной» войне, — грустно вздохнув, признал и свою оплошность войсковой атаман. — Дальше обстановка будет только сложнее, враг сильнее, а времени у нас на подготовку всё меньше. И не надейтесь, братья–казаки, что беда стороной обойдёт. Скоро весь мир заволокёт дымом пожарищ. Ураган очередной мировой схватки затянет все страны в огненную воронку.

Войсковой атаман пригласил в свой кабинет: генерал–лейтенанта Унгерна; начальника разведки, Кондрашова; начальника штаба, Эрна, и республиканского казначея Семёна Вездельгустера. Алексей занял место во главе стола, соратники — по краям.

— Знаю, все уже в курсе договорённости с англичанами по закупке трофейного оружия и переброске его в Китай. Также спонсоры обязались на своих кораблях бесплатно переправить через океан Азиатскую дивизию Унгерна.

— Понятное дело, хотят япошкам подгадить, а сами в тени остаться, — хохотнул генерал–лейтенант. — За спиной парагвайских казаков спрятаться.

— Генерал, негоже хаять «щедрых» союзничков, — шутливо вступился за прохиндеев казначей Сёма. — Ведь доброхоты от всей своей чёрной души стараются, за малую копеечку на чужом горбу в рай въехать. Однако в толк не возьму, атаман, казакам–то, зачем эта заморочка с Китаем?

— Эх, Сёма, не привили тебе коммунисты духа интернационализма, — безнадёжно махнув рукой, пожурил бывшего красного начфина Алексей. — Вон даже господин барон испереживался за судьбу угнетённых народов Дальнего Востока. Уж который год рвётся в бой против японских поработителей.

— Генерал истосковался по войне и подвигам, — скосив глаз на укороченный форменный клинок на боку парагвайского казака, разгадал мысли отчаянного рубаки казначей. — А моё дело бухгалтерское — дебет с кредитом сводить. Военная компания на дальних рубежах нам влетит в копеечку.

— Державно надо мыслить, державно, — воздел указующий перст владыка Парагвая. — Столкновение в регионе Дальнего Востока интересов казацкой республики с неуёмным аппетитом Японской империи неизбежно.

— И какой это у казаков интерес в Китае? — недоверчиво прищурив глаз, не унимался казначей.

— Самый что ни наесть денежный, — удивил финансиста атаман. — В Европе и Америке наш золотой казацкий рубль банкиры не жалуют, да и в колониальных странах тоже зажимают обращение чужой валюты. В Китае же сейчас единой центральной власти нет, в каждой провинции свой правитель. Эдакое «Дикое поле» батьки Махно, времён гражданской войны. Доверия местному юаню нет, а иностранную валюту заморские дельцы тратят в стране неохотно. Вот тут–то парагвайскому золотому рублю самое время финансовый рынок захватить. Так что Сёма, готовься открывать филиалы казацких банков.

— За просто так деньги пускать в оборот — не дело, — нахмурив брови, категорично замотал головой Вездельгустер. — Ходовой экспортный товар уже давно распределён, а вкладывать в развитие экономики Китая не перспективно. Того и гляди, заводы революционеры национализируют или японские интервенты отнимут. И вообще, Китайская Советская Республика долго не протянет.