Книга Владыка, страница 102 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— А как нам, товарищ Ронин, поступать с врагами народа? — задал коварный вопрос Сталин.

— Если задержанный признается ещё и в шпионаже на иностранную разведку — уже наш клиент, — затребовал полезного агента Алексей. — Разумеется, мы не будем настаивать на выдаче носителей важных государственных тайн или организаторах контрреволюционного переворота. А вот рядовых деятелей подполья мы бы охотно использовали. Например, недавно осуждённым членам Промпартии мы бы нашли полезное применение в парагвайском народном хозяйстве. Этих бывших деятелей набралось уж более двух тысяч, а некоторые сочувствующие им важные руководители сумели покинуть Союз. Слыхал, что даже министр химической промышленности, академик Ипатьев, тоже бежал в Америку. Негоже отдавать таких гениев в лапы буржуев, думаю, если вы передадите под нашу опеку осуждённых членов Промпартии, то и разбежавшихся их коллег мы переманим в Парагвай.

— Осуждённым и в Сибири работы хватает, — недовольно засопел Сталин.

— Валить лес — не их профиль, — протестующе замотал головой Алексей. — Полезней использовать специалистов высокого уровня для организации промпроизводства. Парагваю тоже нужна своя индустриализация. Вы бы, товарищ Сталин, сильно помогли казачеству, направив пару тысяч заключённых на заводы союзного государства. Ведь в конечном итоге, парагвайская продукция поступит в ту же Сибирь, и одна электропила заменит целую бригаду лесорубов. Парагвай готов поставлять в Союз: электрооборудование для малой энергетики, электромобили, паровые и электрические двигатели, эффективные лекарственные препараты, модные радиолы и радиотрансляционное оборудование для радиостанций, а также продолжить поставки продовольствия.

— С продуктами парагвайцы нам хорошо помогли в голодные двадцатые годы, — честно признал Сталин. — Однако сейчас Союз производит достаточно зерна, даже на экспорт отправляем.

— В Парагвае налажено масштабное производство мясных консервов, которые могут выручить в тяжёлый неурожайный год, либо в военное лихолетье, — завуалировано указал на слабость мясного производства в Союзе и на грядущие риски Алексей.

— Консервы имеют ограниченный срок хранения, — пожал плечами Сталин. — Да и уж слишком дорого нам обходятся.

— Так вы же парагвайскую продукцию за половину золота приобретаете, — указал на старую договорённость по условиям золотодобычи Алексей. — А мясные консервы парагвайцы будут завозить северным морским путём в устья сибирских рек, и складировать в глубины вечной мерзлоты. За полярным кругом консервы могут храниться в погребах хоть столетие. В тяжёлый год вскроете закрома и по рекам доставите запасы вглубь страны.

— Алтайские золотоносные жилы иссякают, — тяжело вздохнув, развёл руками Сталин. — А деньги нам нужны для закупки промышленного оборудования за рубежом. Уж своё зерно вынуждены продавать буржуям, чтобы запланированные темпы индустриализации вытянуть. Извини, товарищ Ронин, но нам сейчас не до парагвайских изысков.

— Большая часть парагвайского экспорта заточена на поставки в Союз, — озабоченно нахмурился магнат. — А если мы найдём новый золотой источник, то вы согласны продлить торговый договор с теми же обязательствами ещё на десять лет?

— Приобретать дорогущие парагвайские товары в объёме половины золотодобычи? — осторожно уточнил Сталин.