Книга Наследник, страница 71 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— А если пуля ниже пойдёт? — поёжившись, представил нерадостную перспективу коренастый боец.

— Ты, Лучник, зад не отклячивай, тогда и штаны латать не придётся, — продолжал издеваться сумасшедший парагваец. — С расстояния в километр, даже снайпер не попадёт в ползущего по траве бойца. А пули, которые не легли на поле перед мишенями, обычно уходят выше ростовой фигуры. Заметьте, сколь много отметин на крайних стволах сосен — будто дятлы исковыряли.

Многочисленные светлые выщерблены на сосновой коре не придали уверенности новобранцам. Постепенно восстанавливая дыхание после быстрого бега, парни поднимались с земли и робко взирали на избитые пулями стволы сосен, забором уходящие вдоль стрельбища на сотни метров.

— Я уже говорил, что по уложенной на землю доске каждый пройдёт, — решил воодушевить оробевших спортсменов Кадет, — а вот теперь обстоятельства подняли нам планку чуть повыше. На войне по вам будут бить из пулемёта, прицельно. Или вы думали, что злой сержант вас заставлял ползать по-пластунски, чтобы поизмываться над новобранцами. Нет, он вас учил выживать в смертельном сражении. Кто с пролитым потом на полигоне не усвоит солдатскую науку, тот будет расплачиваться в бою собственной кровью. Пока не война, вы ползёте безопасной тропой, где вам грозит лишь натереть локти и колени, да, возможно ещё, царапина на не в меру оттопыренной заднице. А вот в бою, как правило, у воина нет роскоши выбирать лёгкую дорогу.

— В воинской–то части учебная полоса в пыль растёрта, а сейчас мы по траве так зеленью извазюкаем гимнастёрку и шаровары, не отстираешь потом, — пожалел новенькую форму Пловец. — Потом на парадном плацу, за неопрятный вид, влетит от взводного.

— А знаете, почему бывалые солдаты старались не менять выцветшие, потёртые гимнастёрки на новенькие? — поделился опытом, полученным в кадетском училище от ветеранов прошлой Великой войны, Матвей. — Инстинктивно, враг берёт на мушку в первую очередь более яркую цель.

— Тогда я готов натирать травой гимнастёрку до дыр, — рассмеялся Пловец. — Всё же на один шанс будет больше выжить в бою.

— Веди за собой, Кадет, — вызвался первым следовать за лихим командиром Марафонец, страстно желавший одолеть свой страх.

Матвей оглянулся на вдалеке ковыляющего к отряду толстенького старлея.

— Противник не решится преследовать нас под стрелковым огнём, поэтому двигаемся ползком вдоль насыпи, не спеша, — Матвей достал из–за голенища сапога нож. — Возможно, поле заминировано, необходимо, втыкая лезвие ножа под углом, прощупывать почву и осторожно раздвигать траву, опасаясь проволочных растяжек.

— А нам ножи не выдали, — не подумав, растерянно брякнул Марафонец.

— Каску надень, — шутливо постучал костяшками пальцев по лбу ротозея Шах.

— Да, можно воспользоваться штыком, — виновато улыбнувшись, исправился боец.

— Первым двинусь я, — опустился в траву возле начала пограничного бруствера Матвей и показал, как прощупывать землю по ходу движения, а затем оглянулся: — Потом будем сменяться, чтобы не терять темп от усталости передового бойца. Следуем строго по следу сапёра. Голову не поднимать, грудью чувствовать землю, оттопыренную задницу под шальные пули не подставлять — делать всё по науке, которую вам сержант преподал. Отделение, за мной, по одному, марш.