Книга Наследник, страница 130 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Служим трудовому народу!

— А теперь, бойцы, грузите немчуру на бричку и везите к остальным жмурикам, — кивнул на другой край моста Матвей. — Выбирайте себе под фигуру мундирчики почище и занимайте место караула. Службу будете нести только со стороны наших окопов. Себе забирайте пулемёт, четыре карабина и пистолет унтер–офицера. Можете оставить с десяток гранат, остальное оружие грузите на бричку.

— Трупы закапывать или в реке утопить? — Богдану совсем не хотелось возиться с мертвяками.

— Сапоги и ремни с них снимите, а затем складируйте в лесу возле дороги, — опять задумал какую–то каверзу парагвайский балагур. — Завтра посылку отправим автотранспортом.

— Мы останемся стеречь мост одни? — засомневался в таком доверии бывший староста.

— Мои бойцы с приборами ночного видения прикроют из леса, — удивил техническими новациями парагваец.

— Может, от греха подальше, сожжём переправу? — предложил очевидный ход осторожный ветеран.

— Нет, мы по мосту завтра двинемся в наступление, — продолжал чудить парагвайский стратег. — Ты, дядька Богдан, с утречка съезди на бричке в Великое Городно, разведай обстановку.

— А коли тамошние полицаи спросят: зачем приехал?

— Так ты, вроде бы у нас и полицай, и староста, в одном лице, — подмигнул Кадет. — Передай для местной власти устный приказ господина гауптмана: пусть спешно готовят мешки с зерном для отправки в Борисов, немецкие грузовики не должны порожняком возвращаться в город. Завтра, к полудню, автоколонна заедет в деревню за попутным грузом.

— Складная брехня, — кивнул Богдан. — Если в деревню никто с немецкой стороны не сунется, то может пройти гладко.

— Ваши деревеньки тут на дальнем отшибе стоят, так что германские интенданты не скоро ещё сюда доберутся, — логично предположил Кадет. — Фронт по магистральным дорогам движется, а здесь пока «серая» зона, можно нарваться на разрозненные отходящие части РККА.

— А вдруг, и впрямь, кто–то из отступающих к мосту выйдет, а мы тут в немецких мундирах сидим? — поёжился мужик.

— Мои красноармейцы подстрахуют, — успокоил командир. — Снайперы с ночными прицелами займут позиции по обе стороны реки.

Бывшие полицаи украдкой переглянулись: понятно, что всевидящие бойцы Кадета не дадут им дезертировать и покинуть пост. Ясное дело, на немецкую виселицу молодые рекруты–партизаны сами не полезут, но у них до сих пор теплилась надежда просто сбежать подальше с родных краёв. А вот дядьке Богдану бросать семью в лихую годину резона не было. Прожил под советской властью два с лишним десятка лет, потерпит и ещё годик, пока не станет окончательно ясно, кто верх возьмёт. Парагвайский казак, видать, командир дюже толковый — вон как споро у Кадета всё выходит, с выдумкой и огоньком творит мастер. Уж, почитай, под три сотни врагов извёл, а на его бойцах ни царапины. Партизанить в лесах с таким удачливым атаманом всяко лучше, чем в деревне под немецкой петлёй ходить. Дядька Богдан собирался этой ночью доходчиво разъяснить столь очевидную истину своим юным родичам.

Когда молодёжь закинула трупы двух караульных в бричку и повезла по мосту, Богдан, вскинув трофейные карабины на плечо, спросил Кадета шёпотом:

— А пошто, казак, ты полицаев сразу в расход не пустил? Красные комиссары бы с ворогом не журились.