Книга Пастырь, страница 154 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Вот это знатный куш! — хлопнул в ладоши морской дьявол. Обнаружить колдовским зрением золото в трюме затопленного корабля Алексею — раз плюнуть. А вот, как сокровища достать, чтобы не выглядело очередным чудом, над этим следовало подумать. — Андрюха, уж больно груз тяжёл, в одиночку не сдюжу.

— Э-э, нет, компаньон, под воду я не полезу, — в страхе замахал ладонями известный трудяга. — Моё дело — наводку дать. Дальше уж ты сам кумекай, как ловчее золотишко со дна добыть. Вон, пусть Витёк какую-нибудь подъёмную электрохрень изобретёт.

— Толковая мысль, — одобрительно хлопнул хитрована по плечу Алексей. Слава испанского гения могла легко прикрыть колдовские фокусы Сына Ведьмы. — Используем известные разработки Лосано, да ещё новеньких причуд добавим для правдоподобия.

— Можешь ещё и команду водолазов черноморского флота к работе привлечь, — подсказал Андрей. — Всё равно без толку в порту сидят.

— С Кондрашовым договорюсь, — кивнул Алексей. — А пока, Андрюха, давай-ка баиньки. Завтра денёк тоже суматошный выдастся.

— Однополчан ждём только к обеду, — широко зевнул завхоз. — Успеем выспаться. Тебя Врангель хоть накормил сладкими булочками, или одним голым чаем потчевал?

— Даже чая не дал, — горько усмехнулся циркач. — Не понравилось барону ночное представление. Особенно мой анархистский вид. Придётся переодеваться для цивилизованной европейской публики, а то попа, с крестом на пузе и маузером на бедре, в приличный салон не пустят. Андрюха, доставай-ка мой факирский чёрный костюмчик?

— Сундук в обозе, — отмахнулся импресарио. — Утром вещички достанем, выгладим, а сейчас давай перекусим, чем бог послал.

И по всему видать, атеист-Андрюха наладил плотный контакт с каким-то из заморских богов пиршества и чревоугодия — в палатке завхоза обнаружились богатые посылки контрабандных деликатесов. Алексей не стал журить проныру за расточительность — искренняя забота друга очень растрогала.

Естественно, все запасы завхоза Алексей ночью не истребил — к обеду длинный стол в штабной палатке ломился от деликатесов и бутылок марочного вина. Первых гостей Лосано привёз ровно к полудню. В салон электромобиля вместилось только четверо. Остальные обещали подъехать на своём транспорте.

В палатку вошли четыре офицера в парадной форме. Первым в объятия Алексея попал бывший комбат, Николай Евгеньевич Вольдшмидт. Только теперь у него на плечах красовались погоны полковника. Следом Алексей крепко обнял бывшего комроты, Николая Васильевича Ширкова, уже в чине капитана. Третьим оказался артиллерист Сергей Александрович Щетинин, тоже уже капитан.

— Друзья, позвольте вам представить моего фронтового друга, поручика Высоколяна Степана Леонтьевича, — пожав ладонь Алексею, и кивнув Андрюхе, обернулся к скромному молодому гостю за спиной Щетинин. — Думаю, товарищи — анархисты, вы с парнем поладите. Возраста вы одного. Родом он из простой крестьянской семьи. Окончил ускоренный курс Виленского военного училища и в девятнадцать лет ушёл добровольцем на фронт Первой мировой войны. Был пять раз ранен. В шестнадцатом году его произвели в офицеры. Большой дока в вопросах физики и математики. Мечтает после войны окончить университет и заняться решением теоремы Ферма, над которой безуспешно более трёх столетий бились многие светила математического мира. Вот такой он лихой вояка, авантюрист и максималист.