Книга Пастырь, страница 128 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— На моторной тяге идут, — со злым прищуром, вынул наган из кобуры красный командир. На маузер батюшки у него тоже глаз лёг. Ну, зачем попу такое знатное оружие?

Караван плотов длинной змеёй замер вдоль пологого берега. Большая осадка не позволила подойти вплотную, осталась полоска в пяток шагов по песчаному мелководью.

Красноармейцы, не боясь замочить ноги, цепью двинулись к головным плотам. На шаг впереди шеренги солдат, бредущих с примкнутыми к винтовкам штыками, шествовали, тыча перед собой наганами, командир и комиссар отряда. Однако вступить первыми на плоты им было не суждено.

Мрачный поп, в короткой чёрной рясе, правой рукой вознёс над головой медный крест, а левой властно махнул горизонтально.

Вдоль кромки берега неожиданно образовалось бурное течение, замутившее илом воду. Будто из глубины реки выполз бурый змей и заскользил между ногами красноармейцев и краем плотов. Солдат речной гад лишь слегка зацепил мутным боком, а вот оба руководителя оказались прямо на его пути.

Башмаки солдат мгновенно провалились в песок, словно в зыбкое болотное месиво. А ноги командира и комиссара утопли в мутной жиже по самые колени.

Бойцы с паническими криками дружно рванули на твёрдый берег. Водный змей не крепко их зацепил. Башмаки с чавканьем вылазили из песчано — илового студня. А вот начальство увязло в мути основательно. Водный поток завихрялся у их ног, образуя злобно шипящие воронки. Через пару секунд обоих засосало уже по пояс.

Стрелять из наганов по разбушевавшемуся коричневому водяному монстру было бесполезно. Красные командиры нацелили оружие на чёрного колдуна. Однако тот лишь самым краешком губ скептически улыбнулся на тщетные потуги смертных.

Пальцы обречённых жертв со всей силы давили на спусковые крючки наганов, но этих усилий явно не хватало, чтобы провернуть патронные барабаны и взвести курки револьверов для выстрела.

По взмаху руки батюшки, водный змей угомонился. Речное течение унесло коричневую муть. Песок крепко сковал чресла красных командиров. А с учётом слоя воды, на поверхности остались торчать лишь смертельно бледные лица. Ну, разве что ещё будёновка командира и кожаная фуражка комиссара. Бесполезные наганы они из рук побросали и тщетно пытались вырваться из сковавших пут. Но ладошки разгребали песок лишь до карманов галифе, да и то песчинки, будто живые, упорно ползли обратно к ногам.

— Покайтесь в грехах, перекреститесь — бог вас из водного плена и выпустит, — дал дельный совет батюшка Алексей и ласково улыбнулся проказникам.

— Коммунисты в бога не веруют! — гордо вздёрнул подбородок притопленный комиссар.

— Воля ваша, — пожал плечами батюшка и, как ни в чём не бывало, сошёл с плота и прошлёпал до берега, не погружая сапог в воду глубже подошвы!

Красноармейцы побросали винтовки и, выпучив глаза, принялись истово креститься.

Командир, видя такой оборот дела, тоже счёл факт хождения по воде весьма убедительным и, сняв будёновку, робко осенил скорбный свой лик крестным знаменем.

В следующую секунду вода забурлила у его ног, вымывая песчаную воронку. Командир лёг на живот и в три гребка выплыл к твёрдому берегу. На песчаный пляж он выбирался на четвереньках. В ногах образовалась слабость, коленки мелко дрожали. Он в штыковую атаку ходил с меньшим страхом. Там перед ним стоял враг реальный, а сейчас столкнулся с проявлениями сил божественных. Тёмных или светлых — это не атеисту судить. Но зыбучие водные пески, мгновенно заржавевший наган и бродящий по водной глади чудотворец — сильно впечатлили новообращённого атеиста. Вся многолетняя набожность враз вернулась в крестьянскую душу.