Книга Пастырь, страница 122 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Ну, разве что с божьей помощью, — пожал плечами дедок, переглянувшись с озадаченными соседями. — А остальной народ вдоль речки пёхом пойдёт?

— Для всех плоты вязать будем, — удивил походный атаман.

— Так это ж штук тридцать надо, — почесал затылок другой старичок.

— Нынче много дворов опустеет, — развёл руками Алексей. — Все деревяшки от брошенных домов и сараев на сборку плотов пустим. Плетни с заборов и даже вязанки соломы с крыш тоже в дело пойдут.

— Велика осадка у самоделок получится, — опять опасаясь песчаных мелей, предостерёг шустрый дедок.

— Господь бог за нас, — самонадеянно усмехнулся пастырь. — Проскочим.

— Ну, всем миром, соберём караван из плотов. Раз уж так надо, — пожал плечами дедок. — Пока бабы с остальным хозяйством будут разбираться, детвора и старики городушками займутся. Только вот за дополнительными верёвками придётся гонцов в соседние станицы послать. Да и гвоздей тоже попросить.

— Не откажут, — закивал сосед казака, — ежели пастырь и для них тоже пообещает тёплые местечки в Южной Америке опосля присмотреть.

— Позже, в землю обетованную уведу всех желающих, — положа руку на медный нательный крест, склонил голову пастырь.

— Завтракай, батюшка Алексей, а моему сыну дозволь с пулемётом на краю станицы подежурить, — указав глазами на ручной пулемёт, лежавший поверх мешков с зерном, предложил шустрый дедок. — Паренёк хоть и без ноги, но солдат Первой мировой — навык обращения с техникой имеет.

— Караулить приближение супостатов не требуется, — отмахнулся казацкий шаман и удивил в очередной раз: — Я врагов за десятки вёрст чую. А коли и попадутся под горячую руку — один всех порешу. Занимайтесь, станичники, мирным строительством. Война — удел Сына Ведьмы, покойный отец Матвей меня сызмальства готовил к ратным подвигам.

— Да уж, наслышаны, — поёжившись, переглянулся с соседями казак.

— Добро должно быть с кулаками, — ободряюще улыбнулся богатырь, подняв одной рукой пулемёт с пристёгнутой коробкой патронов, словно играясь с кавалерийским карабином.

— Может, покажешь старикам удаль молодецкую? — не удержался от любопытства старый вояка.

— Вон, поленья у сарая сложены, — указал стволом ручного пулемёта на штабель дров Алексей. — Подкиньте в воздух пяток разом. Да повыше, чтобы шальной пулей никого не зацепило.

Казаки азартно расхватали реквизит и, по команде старшего, одновременно подкинули над головой.

Поводя стволом, короткой очередью рявкнул пулемёт, лишь слегка дёрнувшись в руке окаменевшего исполина.

От поленьев отскочили щепки. Мишени изменили направление полёта, разлетевшись в стороны.

Старики резво бросились собирать поленья. В каждой деревяшке виднелась пробоина.

— Пять выстрелов — пять целей! — размахивая над головой поленом, ошарашенно воскликнул дедок.

Казаки — счастливчики прижали к груди простреленные деревяшки, словно святые реликвии. Остальным старикам оставалось только, сдвинув на лоб фуражки, озадаченно чесать затылки. Спорить было больше не о чём — чудотворец убедил даже скептиков. Неведомо, как сможет батюшка Алексей прокормить ораву беженцев на чужбине, но в обиду супостатам не даст — это точно.

И закипела в станице работа. К берегу речки стаскивали весь деревянный хлам. Плоты получались неказистые, но крепкие. Строители старались, чтобы плавсредства выдержали переход до низовья Дона.