Книга Сумрак веков, страница 11 – Анна Дуплина

— Спокойно, мистер. Это всего лишь я.

Проигнорировав мой сарказм, охотник молча выключил телевизор и бросил пульт на кровать. Для человека, который встал существенно раньше шести утра, он выглядел вполне отдохнувшим и раздражающе бодрым. Небрежно закинув полотенце на плечо, Лиам протиснулся мимо меня в ванную, но на пороге обернулся.

— Я схожу в душ, мы позавтракает и сразу отправимся дальше. Так что собери вещи.

Как и всегда, ответ на свой инструктаж ему не потребовался. Упрекнув Мать, за ситуацию, в который я оказалась, я шагнула к кровати Лиама, взяла пульт и снова включила новости. На экране телевизора мелькали фотографии пропавших девушек. Все они были молоды, красивы и невинны. Всем им ещё не было восемнадцать лет и все они были, скорее всего мертвы. Где-то среди этих лиц была фотография Бетти, которую так отчаянно хотел спасти ее брат. Я не разделяла его уверенность в том, что Бетти ещё жива. Любой ритуал требовал жертв, разница была лишь в ее значимости. Такой мощный, как тот, про который я думала, и подавно. Вряд ли ведьма будет держать девушек живыми до Самайна.

По телевизору диктор монотонно рассказывала про поиски попавших. Но когда я уже собралась выключить новости, мой разум зацепился за знакомое слово:

— … ведьм. Правительство рассматривает ужесточение мер, направленных на борьбу с ведьмами, которые предпочли прятаться, а не жить открыто среди людей. Как вы все знаете, на данный момент, ведьмы лишаются магии и после отправляются отбывать наказание в тюрьму. Сенатор Кристи от штата Нью-Йорк не согласен с этими методами. Он требует правительство вернуть сожжение на костре. Так сказать казнь, для тех, кто скрывается и продолжает тайно пользоваться магией. Но так же, те ведьмы, что предпочтут сдаться Управлению добровольно и откажутся от магии будут освобождены от наказания и смогут остаться жить среди людей.

Ведущая новостей продолжала что-то говорит, но я уже не слушала ее. «Жить среди людей»… Им казалось это был роскошный подарок. Прожить эту короткую, бессмысленную человеческую жизнь, наполненную лишь жаждой потреблять. Жить без магии, без способностей, в своем ограниченном мирке. Рожать детей от нелюбимых мужчин, смотреть как они вырастают в эгоистичных взрослых. Нет уж, в таком случае лучше на костер. Я развернулась, чтобы взять пульт с кровати и выключить новости, но наткнулась взглядом на Лиама. На его волосах блестели капельки воды, влажные пряди волос падали на глаза. Он смотрел мимо меня, туда, где на экране, ведущая продолжала убеждать всех вокруг, что предложение сенатора Кристи великодушно. Ведьмам даруют свободу.

— Ты слышал это? — мой взгляд нашёл серые глаза Лиама.

— Я планировал обсудить это с тобой за завтраком. — Он провел рукой по волосам, смахивая мокрые пряди с лица. — Нам следует как можно быстрее поймать взбесившуюся ведьму.

— Это как-то поможет убедить сенатора не сжигать ведьм?

— Кристи идиот, почти никто не воспринимает его всерьез. Но есть люди, которые разделяют его убеждения в том, что ведьм надо истреблять, и что даже без магии, живущие среди нас они угроза.

Я задумчиво разглядывала лицо Лиама.

— Ты один из них?

Охотник явно удивился моему вопросу и выглядел слегка уязвленным.

— Я считаю, что магию нужно ограничить, возможно даже истребить. Заметь, я сказал магию. Она опасна, а ведьмы по своей природе злые, коварные и жестокие. И считают, что обладание магией дает им право вершить правосудие, дает им власть. И ты не можешь не согласиться со мной в этом. Но это не означает, что я хочу видеть всех ведьм полыхающими на костре.