Книга Беспризорник, страница 149 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Зачем нам нужна немая⁈ — возмутился зряшной трате серебра Бедолага.

— Берём, — пресёк визг Василиск и, развязав кошель, достал одиннадцать серебряных дукатов.

— Василий, ты чо-о творишь? — ухватив за локоть, возмущённо зашипел на транжиру Бедолага.

— Уважаемый, примите оплату и задаток за новую партию, — отсчитывая монеты в протянутую ладонь продавца, удивил оптовый покупатель.

— Сколько нужно птиц? — охотно принял заказ ловец.

— Ещё три десятка по условленной цене, — порадовал оптовик. — Доставите капитану трофейного испаньолького фрегата, что на днях бросил якорь в порту. Хитрован Билл выдаст остальные двадцать дукатов.

— Для выполнения заказа потребно дней семь, — прищурив глаз, обозначил возможный срок поставки товара продавец.

— Устраивает, — кивнул Василиск и принял из рук старца клетку с молчаливым нахохлившимся попугаем.

Уже прилично удалившись от лотка продавца, насупившийся Бедолага всё ещё продолжал возмущаться:

— На кой дьявол нам сдался этот немтырь? Да и остальная стая пёстрых петухов, зачем?

— В богатом Инде таких диковинок не водится, — покачав клеткой, разъяснил коммерческий план Василиск. — Дорога до Диких Земель дальняя, будет время птиц человеческому языку обучить.

— Ну-у, это дело нужное, говорящий — то попугай дороже золотого дуката стоит, — почесав затылок, прикинул очевидную выгоду Бедолага. — Только удастся ли обучить глупую птицу?

— Получится, если кормить будешь сытно, — неожиданно отозвался из клетки оживившийся пернатый, — и если волю всем птицам дашь.

— А чего ты у продавца молчал — то? — когда подобрал отпавшую челюсть, спросил у хитрой птицы Бедолага.

— Старик — вражина меня свободы лишил, в клетку посадил и держал впроголодь, — распушил пёстрый хохолок на голове попугай. — Будете издеваться — так я опять немым прикинусь.

Разумеется, весь этот спич попугай выдал под воздействием телепата, который завладел разумом птицы и внушил ей жизненную необходимость в сотрудничестве с новым хозяином. Василиск не только приручил дикую птицу, он превратил попугая в послушную марионетку, полностью зависимую от воли чародея.

— Обещаю свободную сытую жизнь, — улыбнулся Василиск и, достав попугая из клетки, посадил на плечо.

— А в джунгли не улетит? — с опаской покосился на хитрую птицу Бедолага. — Может, пусть в клетке посидит, пока не прикормим?

— Вон, на нашем пути, торговка продаёт кур, — Василиск кинул пустую тару в руки Бедолаги. — Обменяй клетку на мешочек зерна, накормим освобождённого узника.

— И то верно, не пропадать же зря добру, — одобрительно кивнул хозяйственный Бедолага, которому совсем не хотелось самому тащить пустую клеть.

Пришлось тормознуть у лавки с домашней птицей и дожидаться, пока голодный сиделец не наестся вдоволь.

— А куда мы теперь держим путь? — закинув на плечо маленький мешочек с выменянным птичьим кормом, завертел головой Бедолага. — Нам бы походного имущества прикупить?

— Оптом возьмём, — с попугаем на плече двинулся в сторону края рыночной площади Василиск.

Власти запрещали торговцам занимать всю площадь целиком, на краю всегда оставалось незагромождённое лотками пространство, в этом углу проводились казни или собранию горожан зачитывались с деревянного помоста новые приказы. Когда свободный участок был не востребован палачами или городскими приказчиками, тут развлекали публику бродячие музыканты и циркачи. Как раз сегодня очередная заезжая труппа артистов резвилась на зажатом со всех сторон толпой зевак пятачке. Василиск с Бедолагой с трудом протиснулись в первый ряд, и то, проход удался только потому, что с одного края толпа оказалась пожиже. Люди опасались быть прижатыми вплотную к выставленной клетке с хищником. Измученного вида ягуар лениво порыкивал из — за стальной решётки на шумную публику. Бродячий цирк развлекал обывателей не только акробатами, жонглёрами, музыкантами и клоунами, но и передвижным зверинцем.