Книга Внутри невидимых стен, страница 159 – Хамки

— Макс, – Лика бросилась к Максу и, уткнувшись лицом ему в грудь, заревела. – Я умоляла Салангана Хамки не подвергать тебя столь жестокому испытанию, но он был непреклонен! Мы все видели, что с тобой произошло! Никто не видел нас, но все это время мы были рядом!

— Но ты же справился! Ты не сдался! Мы не зря верили в тебя! – воскликнула Эйка-Самфи.

— Что случилось? Эй… Самфи, где ты была? Вельга, как тебе удалось уцелеть?

— Я не знаю, где была, – с видом дурочки пожала плечами она, в этот раз, похоже, сказав чистую правду. – Я уснула в нашей повозке, а проснулась посреди какого-то пожарища. Почему-то стоя… – она заметно смутилась. – Я увидела перед собой Хамки, он очень громко и сердито обругал меня, а потом приказал бежать помогать вам. Я и побежала. Ну, пошла. Пешком… Вурла-то у меня не было… Насилу догнала через несколько дней.

— Так и было, – подтвердила Вельга. – Когда прошептала тебе «спасайся», я уже отчаялась, но еще продолжала рефлекторно врезаться мечом в тыкву… И в какой-то момент она ослабила хватку. В ней словно что-то выключилось – она перестала меня сдавливать, вместо этого начав метаться из стороны в сторону. На одном из таких пируэтов плеть стукнула меня по голове, и я потеряла сознание. А в себя пришла уже в лесу, рядом с начавшим разлагаться трупом этой твари. С раной на животе и сломанной рукой я бы погибла, не найдя выхода к поселениям, но меня обнаружила Самфи. И мы последовали за вами с Ликой.

Макс почти не слышал их. В голове стояла одна мысль: «Они живы, и они не предавали меня».

— Забияка ты, Макс, – проворчал Хамки, плавно приземляясь к нему на плечо. Парень заметил, что взгляды всех умари сосредоточены на нем. – Ты неплохо показал себя, но я хотел быть уверен, что ты и в критической ситуации будешь держаться молодцом до конца.

— Мало я тебе вмазал, испытатель хренов, – проворчал спецназовец. – Тебя что, теперь все видят?

— Нет, почему, я видим только твоему «пансиону» и Лассе. Остальные были не в курсе нашего маленького реалити-шоу.

«Скотина!»

— Ну и жрицу заодно проверял. Я сказал ей, что она твоего экзамена, скорее всего, не переживет, ибо если жертвой не станешь ты, то станет она. Тест на смирение. Прошла, не сбежала.

Макс посмотрел на жрицу. Та, увидев, что он, наконец, обратил на нее внимание, подалась чуть вперед, протянув на открытой ладони кольцо из светло-синего металла.

— Это – Венец Салангана, – не поднимая глаз, сказала она. – Кольцо, древнее которого нет в этом мире ничего. Оно принадлежало самому Салангану Хамки, и никто доныне не был достоин чести надеть его. О Макс, Глас Салангана Хамки, прими же этот перстень как знак твоего безраздельного владычества над народом умари!

Догадываясь, чего она ждет, Макс отстранился от Лики, уже немного успокоившейся, но успевшей насквозь промочить его майку, и взял украшение.

— О, мой Венец Делирия нашелся, – хмыкнул Хамки, глядя на кольцо. – Впрочем, это неважно.

— И в знак того, что моя миссия выполнена, – продолжила Ласса, – во славу Салангана, позволь мне стать его жертвой!

Она встала и сдала шаг к окровавленному алтарю.

— Ну что за дура, – проворчал Хамки.

— Ласса, стой! – приказал Макс. Она застыла, не поднимая взгляда и ожидая, очевидно, дальнейших приказов. – Жертв больше не будет. Твоим испытанием и было проявленное тобой смирение.