Книга Убежище Ксинори, страница 125 – Хамки

— Живут, – подтвердила Финна. – И не трогают. Но иногда кто-то из них решает пуститься в путешествие по Вселенной… И опыт общения с такими странниками научил жителей всех галактик вести себя миролюбиво и осторожно, – она ухмыльнулась. – Ибо это повышает их шансы на выживание.

— Лика, что ты там говорила о том, что саланганцы не злые? – парень наградил растерянную умари испепеляющим взглядом. – Или как там ты говорила? «Зло для них не первично, они просто желают себе добра»? Злые, получается, ещё какие! – Лика молча прижала уши и нахмурилась.

— О, нет, Макс, – рассмеялась Финна. – Они не злые. Они хуже.

— Что?!

— Они никакие. Знаешь, мне сперва было трудно поверить, что Хамки – саланганец. В большинстве своём они другие. Друг для друга они – всё. Друзья, приятели, знакомые – не важно. Они – стая. Даже если впервые друг друга видят. А вот по отношению к остальным… Мы все для них пустое место. Если саланганцу что-то интересно – он не будет спрашивать – он влезет к тебе в мозг и получит нужные сведения. Если ему что-то мешает – он это устранит. Если его оскорбили – он просто превратит обидчика в пыль, не моргнув глазом… О, так они ещё живы? – Проследив за направлением её взгляда, Макс понял, что речь о зверьках Грисаи, в этот момент снова появившихся будто из ниоткуда и «подкатившихся» к хозяйке.

— Мои сумими? – удивилась та, гладя одного из них по голове. – Да… Ты что-то знаешь про них? Они достались мне от папы.

— Эти зверьки намного старше вашей станции, – сказала Финна. – Они были ручными животными её капитана. Раньше тут было ещё несколько таких зверьков, питомцев главного инженера судна, но позже они попали к вашим «кроличьим» собратьям и вместе с ними покинули станцию. Они милые, биологически бессмертные, так что даже не удивительно, что они пережили весь творящийся здесь кошмар…

— Бессмертные?! – округлила глаза Грисая.

— Ну да. Как я, как ваши предки. Биологически бессмертные – значит не умирают от естественных причин вроде старости или болезней. Если размазать их по стенке или пустить на шашлык – помрут как все остальные. Короче, когда я попала сюда, капитан как-то обмолвился, что им по семнадцать тысяч лет. То сейчас уже где-то девятнадцать-двадцать. Вы, полагаю, не знаете историю их появления?

Все дружно помотали головами.

— Тогда расскажу. Вас не удивляет, что они похожи на Хамки? Просто один в один внешность, только цвета шерсти другие.

— Удивляет, – улыбнулся Макс. – Да что там мы, Хамки и сам сперва подумал, что это его собратья. В панику тут впал.

— Даже так? – ошарашено переспросила Финна. – М-да… Ну, ладно, он странный, ему можно… Короче, этих зверьков вывел один учёный-биолог ксинори около ста тысяч лет назад. За их прообраз был взят единственный саланганец, с которым столкнулась цивилизация ксинори.

— Что же такого великого он сделал для них, что его так увековечили? – перебил Макс.

— Я не знаю деталей, но в общих чертах из рассказа капитана я поняла, что повреждённое саланганское судно совершило посадку на одну из принадлежащих ксинори планет. Пока пилот чинил корабль, на него имел неосторожность наставить оружие патруль ксинори, отреагировавший на инопланетное вторжение, но не успевший понять, что именно за гость к ним пожаловал. Насколько могу судить, саланганца не волновали пушки – они бы не повредили ему, но кто-то из окруживших его военных имел неосторожность закричать что-то типа «белка, лапы вверх и не пищать!». Разумеется, это были его последние слова. И последние секунды этой планеты. Всем известно, что саланганцы не терпят, когда их сравнивают с грызунами. Ну, почти всем… Короче, саланганец доделал судно и улетел, а у ксинори стало на одну планету меньше…