Книга Капитан Ульдемир: Наследники Ассарта. Может быть, найдется там десять?, страница 165 – Владимир Михайлов

Предводитель и на самом деле был очень доволен. Но все же, чтобы закрепить достигнутое, намеревался выполнить и вторую часть своего замысла.

— Великий донк, – сказал он после краткой паузы, когда казалось уже, что пришла пора прощаться. – Для того чтобы вам стали предельно ясны мои замыслы в отношении будущего правопорядка на вашей планете, я хотел бы представить вас человеку, в котором вижу будущего Властелина Ассарта. Но поскольку он пребывает еще в младенческом возрасте и потому не сможет высказать вам слова благодарности – я надеюсь, что от его имени это сделает его мать.

Донк Намир помедлил чуть более секунды.

— С удовольствием встречусь с людьми, о которых вы говорите, – осторожно ответил он затем. И, еще чуть помедлив, добавил: – Я понимаю, Предводитель, о ком вы говорите. Она что – на самом деле красива?

— Я плохой судья в этих вопросах. Но считают, что – да.

— Это, так сказать, вроде подарка фирмы за дорогую покупку? Жду с нетерпением!

4

Великий донк Плонтский был приятно удивлен. Чтобы не сказать более. Во всяком случае, он склонился перед дамой со всем почтением и головной убор свой (на этот раз не старинную церемониальную шляпу, но всего лишь военную каскетку, полностью соответствовавшую его маскировочному комбинезону) снял и плавно отвел в сторону, как и полагалось, а после неуловимо краткой паузы и преклонил колено – не коснувшись, впрочем, пола. Быть может, причиной послужило то, что пол был грязноват.

Да и вся обстановка, в которой помещалась теперь бывшая любовница Властелина, ныне же – Мать Наследника, могла показаться сколько-нибудь приемлемой, только если сравнивать ее с казарменным убранством остальных помещений в обширном подвале: сюда притащили кое-какую уцелевшую в соседних развалинах мебель, включая даже клав-арфу, которая только зря занимала место, поскольку играть на ней Леза никогда не училась. Кое-что – кровать, например, а также большое трехстворчатое зеркало – было взято даже не с улицы (стекло плохо сохраняется, когда рушатся стены), а реквизировано у населения в уцелевших домах. Однако для Плонта, с детства понимавшего толк в убранстве, все это подходило бы в лучшем случае средней руки мещанке (какой Леза в прошлом и была), но никак не Матери Наследника; Плонт же всем своим поведением показывал, что безоговорочно признал женщину именно в таком качестве.

Может быть, конечно, то был всего лишь политический расчет. Да ничего иного и быть не могло, пока Плонт ее не увидел. Но он увидел. И сразу же политический расчет если и не отступил на задний план, то во всяком случае сравнялся весом с удовольствием чисто эстетическим, какое неожиданно испытал Великий донк при первом же взгляде на Лезу.

И дело было, разумеется, не в том, что ее, после крутого приказа Охранителя, успели приодеть, снабдили также и всяческой косметикой, пусть и не высших сортов (за счет все той же реквизиции). Обстановка, костюм Матери Наследника и макияж были, по мнению Плонта, просто убогими, не говоря уже о почти полном отсутствии драгоценностей (солдаты и их реквизировали, но как-то так получилось, что не донесли до места). Нет, все это не могло произвести на человека из высших (и богатых) кругов никакого впечатления – и не произвело. Так что вовсе не эти мелочи сыграли роль.