Книга У удачи два лица, страница 104 – Дарья Кузнецова

— Мам, а это случайно не секретная информация? — осторожно уточнила я. Матушка, увлёкшись, вполне могла сболтнуть лишнего, а это вряд ли закончилось бы чем-то хорошим. В прошлый раз ей пришлось промывать мозги всем слушателям, в прямом смысле; она у нас и не такое может, а немного подчистить память нескольким драконам — мелочи. Мне кажется, это на неё папа так тлетворно влияет; последнее время она стала гораздо более легкомысленной, чем была прежде.

— Секретная, но вам стоит выслушать, — она едва заметно качнула головой, бросив на Кая сочувственный взгляд.

Плетущий с момента нашего появления в гостиной только поздоровался, и больше ни слова не проронил, но, кажется, пребывал во вполне благодушном настроении. Разве что на маму поглядывал не просто с задумчивостью, а даже как будто с некоторой опаской.

— Нам? — растерянно переспросила я. Мы с орхом настороженно переглянулись; такое введение не слишком-то радовало. Более того, у меня возникло стойкое ощущение, что мама пришла сюда сейчас не потому, что она мама и соскучилась, а потому, что ей надо было со мной серьёзно поговорить. И… предостеречь? От последней мысли я поёжилась и подвинулась поближе к Каю, а тот обнял меня ещё крепче.

— Ну, не надо так пугаться, — мягко улыбнулась она. — Это ведь не угроза, просто небольшое предупреждение, чтобы были готовы. В общем-то, если бы ты задалась этим вопросом сама, могла и догадаться. Вы же разобрались, в чём разница между мастерами отражений и мастерами нитей?

— В общих чертах; у нас получается эдакое разделение сфер влияния. Ты это имеешь в виду? — ответила я.

— Именно. Кроме того, оба дара зачастую передаются по наследству, хотя и с оговорками. А представь, что получится, если оба дара проснутся в одном ребёнке? Точнее, если они вдруг сольются.

— Влияние на всю ткань реальности, почти без ограничений, — похолодела я, испуганно вцепляясь в обнимающую меня ладонь Кая. Тот в утешение поцеловал меня в макушку, прошептав «не волнуйся, всё будет хорошо».

— Немного утрированно, но — да, — невозмутимо кивнула мама. — Да не бойся ты так, не устроят твои дети конца света, — рассмеялась она. — Мир тщательно подготовился к такому явлению, не волнуйся.

— В смысле — подготовился? — озадаченно уточнила я.

— Теорию про более высокую вероятность хаоса, про стремление мира к распаду и упрощению, про так называемое «увеличение энтропии» придумали люди, а на деле всё несколько сложнее, — пожав плечами, сообщила она. — Некоторые части некоторых миров стремятся рассыпаться, а некоторые — наоборот, собраться в нечто гораздо более сложное. Наш мир именно такой. Поэтому когда-то давно появились просто люди, потом духи помогли нам усложниться ещё, превратив в оборотней. Потом вообще появились драконы, которых как отдельного неразумного вида попросту не существует. Потом начали появляться плетущие и мастера отражений. Вернее, они вот-вот должны были появиться, когда духи испугались слишком стремительного и неконтролируемого дальнейшего усложнения. Тогда появился на свет первый Таюр. Он и вынудил драконов уйти в самоизоляцию и создать границу, отделившую Тарккур от остального мира. И мир всё это время готовился к неизбежному, а духи исподволь занимались нашим воспитанием и просвещением, пытались отбить свойственную людям тягу к разрушению, тщательно оттягивая неизбежное. А твоё чудесное спасение… видимо, решили, что дольше тянуть нельзя, вот и вынес тебя Песец за пределы Тарккура, Ворон подсунул подходящему плетущему, а Стервятник не стал забирать в нужный час.