Книга Теория механизмов и души, страница 135 – Дарья Кузнецова

Лично мастера Олема я видела впервые. Во время предыдущей совместной работы над протезом для Муха мы общались исключительно при помощи почты: ни мне, ни ему не хватало времени на разъезды, а почтовое сообщение и банковские связи между двумя сторонами Мирового Диска работали в то время без перебоев, письмо долетало до адресата за два-три дня. Идею мою свел поддержал с первого письма: он давно уже лелеял мысль о чём-то подобном, и мы буквально нашли друг друга -- специалист по искрам, механик и добровольная жертва, с искренним восторгом принимавшая любые эксперименты над собственным организмом.

Бинда Олем выглядел старше своего друга, но при этом всё равно не казался дряхлым или немощным. Невысокий, юркий и несколько суетливый сухонький старичок, брызжущий энергией так, как дано мало кому из молодых. И рядом с Лестой он смотрелся особенно выигрышно: библиотекарь казался чрезвычайно уставшим от жизни и тяготящимся ею, а Бинда, напротив, готов был прожить ещё пару-тройку сотен оборотов, и этого бы всё равно показалось мало.

А рядом со стариком, с интересом оглядываясь по сторонам, стояла высокая и тоненькая как тростинка юная девушка шестнадцати-восемнадцати оборотов на вид. Правда, на "хрупкий цветок", здешний эталон красоты, это создание не тянуло: полумужская одежда -- свободные, но гораздо уже традиционных женских, брюки и блуза без корсета, -- провокационно коротко обрезанные взъерошенные волосы ярко-голубого, очень пронзительного небесного оттенка и горящие любопытством глаза. Причём особенный интерес у неё вызвала моя причёска, а, столкнувшись с девушкой взглядом, я отчётливо поняла, что вот именно с ней общий язык найду без труда.

— Так это вы -- Фириш ту Фрем, мастер-механик с Тёмной стороны? -- окинув меня взглядом, строго спросил мастер Олем.

— Виновна, -- с улыбкой кивнула я и протянула ему руку для приветствия. -- Приятно наконец познакомиться с вами лично, мастер Бинда.

— Каких людей ваши секретчики утаскивают, каких людей! -- эмоционально возмутился мужчина, сокрушённо качая головой. Горячо пожал мою ладонь, потом проворно облобызал запястье с видом заправского дамского угодника, после чего выпустил и представил свою спутницу: -- Знакомьтесь, Иридо Инур, моя внучка. Наконец-то этот род породил хоть одного достойного представителя, из которого может выйти толк, -- он с явной гордостью потрепал по локтю девушку, которой усохший с годами дедушка доставал до плеча. Та слегка зарделась от похвалы, но гордо расправила плечи. -- Она только-только закончила Университет с отличными отметками, лучшая ученица выпуска!

— Дедушка! -- смущение в талантливой внучке всё-таки победило гордость за свои успехи, и она попыталась одёрнуть старшего родственника.

— Что ж, поздравляю, -- с улыбкой кивнул Онур.

— А можно пояснить для тех, кто не в курсе всей истории? -- всё же полюбопытствовала я. Кажется, говорить о собственной внучке Бинда мог бесконечно, а я хоть и догадывалась о подоплёке такой искренней радости мастера, была не прочь узнать подробности.

— Пять дочерей -- и ни одного сына! -- горестно изогнул брови Олем. -- И внуки, одиннадцать человек -- ни одного инженера, можете себе представить! Пропащие бесполезные люди, позор моих седин! Решил уж было, придётся дело чужому человеку отдавать: чай, не мальчик уже, а бесценный опыт кому-то хочется оставить. Ан-нет, порадовала Идочка, по моим стопам пошла. Талантливая-а!