Книга Репортаж на миллион, страница 13 – Дарья Кузнецова

— Нет, — со вздохом ответил некромант. Было очевидно, что просто так друг не уйдёт, пришлось поворачиваться более основательно, вместе со стулом. — Не врут.

— Тогда я тем более не понимаю, почему ты здесь, а не с ней. Что случилось-то? Я её мельком видел, симпатичная. Марта решила с ней познакомиться и заодно отвлечь, а то мы её чисто случайно перехватили почти в виварии, точно бы в неприятности вляпалась. Очень шустрая особа. Ты умудрился с ней поругаться? Хотя нет, что это я, чтобы ты и поругался… Ты скорее молча уйдёшь. Хм. То есть ты именно это и сделал? Шмырь! Когда только успел! Ты что, вообще не попытался с ней контакт наладить?

Хольт поморщился.

— Как? И когда? Когда она камнезуба убивала? Или строила глазки нашему директору?

— Какому директору? Лорду Ротта?

— Ему. Кажется, он произвёл на неё неизгладимое впечатление.

Теодор вновь недовольно скривился, пытаясь усилием воли задушить вскипевшую внутри злость. А Крэг вместо того, чтобы отреагировать на закаменевшее лицо друга правильно с точки зрения этого самого друга, то есть оставить его в покое, вдруг расхохотался. Заливисто, от души, так, что стекло в единственном окне противно задребезжало, а некромант вовсе оцепенел.

— Что я сказал смешного?

— Шмырь! — ёмко ответил Крэг, хохотнул, утирая выступившую в уголке глаза слезу. — То есть ревнуешь ты тоже издалека, из норы? Расскажу Марте. Она считает, что у тебя вообще эмоций нет, пусть хоть немного порадуется.

— Я не ревную. Я пытаюсь проверять работы студентов, — упрямо возразил Теодор, хотя в глубине души точно знал, что именно так всё и обстоит.

Ревновал. Несмотря ни на что. И это тоже злило.

— Слушай, ну я всё понимаю, но хотя бы попытайся произвести на неё благоприятное впечатление! Если ты будешь сидеть в углу и дуться, её действительно рассмотрит кто-нибудь другой и уведёт. У нас большинство обитателей школы — холостые мужчины, ты не забыл? — громоподобный бас Крэга звучал с увещевательным укором. Это нервировало: Хольт терпеть не мог нотации, никогда их никому не читал и предпочитал не слушать. Но и грубо заткнуть единственного друга язык не поворачивался, а мягкий способ сменить тему не придумывался. Шайр же тем временем, выдержав короткую паузу, продолжил с негодованием: — Тео, тебе Кромешная истинную привела чуть ли не к дверям, имей совесть, а! Ну шевельнись хоть немного в ответ! Почему когда дело доходит до работы, ты превращаешься в вечный двигатель и горы способен свернуть, а когда речь о твоей собственной жизни — неизменно забиваешься в нору?!

Теодор нахмурился, отвёл взгляд, неопределённо пожал плечами. Умом правоту друга он, опять же, прекрасно понимал, но…

— Ты пробовал с ней общаться? — со вздохом спросил он.

— А что не так? — растерялся Крэг, не ожидавший вопроса.

— Да, я чувствую, что рядом с ней мне легче дышать. Она привлекательная, кажется, неглупая, сильная, и вообще, наверное, хорошая девушка, но… Она говорит. Понимаешь? Постоянно. У меня от её трескотни через три минуты голова начала болеть так, как будто я за пределами школьной защиты провёл больше суток, а не несколько минут.

— Трудная проблема, — хмыкнул Шайр почти серьёзно, и этого «почти» некромант предпочёл не заметить.

— У Кромешной всё же своеобразное чувство юмора, — пробормотал он.