Книга Ищейка, страница 25 – Дарья Кузнецова

— Ты что, серьёзно? — неприязненно поёжился Энрике. Я медленно кивнул.

— А ведь и правда, — так же медленно кивнул впавший в задумчивость Гор. — Это был совершенный, концентрированный разум. А стремление к познанию и самопознанию — это один из базовых тезисов разумности! Даже если он пришёл из соседнего плана, всё-таки, он не настолько сильно далёк от нашего мира, чтобы быть настолько другим разумом. Да, он совершеннее. Но не принципиально иной.

— То есть, возможно, появление его в нашем мире это… результат исследований? — ошарашенно выдохнул я. Мы с Гором потрясённо переглянулись.

— Так, секунду! Вы хотите сказать, что вот этот маньяк — просто учёный, открывший способ путешествия в соседний план?! — вмешался даймон. — Нет, подождите, а откуда тогда всеми нами любимая картинка?!

— И почему же, пройдя в одну сторону, он не смог вернуться обратно? — сощурился Салем.

— Из-за неё? — одновременно предположили мы с Гором и вновь переглянулись. — Нет, конечно, можно предположить, что для путешествия ему нужна была какая-то специфическая энергия, которой в нашем мире нет, или, может быть, какой-то сложный прибор, который он не мог собрать самостоятельно. Но, опять же, причём тут тогда печать? — продолжил рассуждать я.

— Ай, духи гор! — всплеснул руками маг Смерти. — У меня же сейчас всё сгорит к демонам! — он подорвался с места и кинулся к своим сковородкам. — Но ведь это возможно, разве нет? — продолжил он, уже торопливо что-то помешивая. — Мы ведь так до сих пор и не знаем, что это за узор. Так почему он не мог бы препятствовать его перемещению обратно?

— Но тогда возникает просто уйма вопросов! — задумчиво покачал головой варвар.

— Ага. Кто поставил эту… печать? С какой целью замуровал этого… бедолагу в нашем мире? Как вышел на него? И почему этот тип, во имя всех богов, не обратился за помощью?! Допустим, тот, кого он встретил первым, и поставил ему эту печать, и обошёлся с ним не слишком дружелюбно, но… Я уверен, он всех нас видел, словно раскрытые книги! Он прекрасно понимал, что ему бы помогли — или, во всяком случае, попытались бы помочь!

— Демон побери, всё опять упирается в эту треклятую печать! — Салем раздражённо саданул кулаком по столу. — А у нас никаких предположений.

— А если печать нанесли ещё в его родном мире? — медленно произнёс горец.

— То есть, к нам его… сослали? — опешил я. — Какое-то совсем уж фантастическое предположение, — я потряс головой. — Жутко делается.

— И возникает ещё один вопрос. Как, в таком случае, эта же картинка двадцать лет назад попала на стену твоей гостиной? — озвучил он то, что не решался сказать я.

— И зачем, — мрачно кивнул Салем, подозрительно глядя на меня.

— Ты что, подозреваешь, что это я её нарисовал? — возмутился я.

— Не говори ерунды! — буркнул он. — Я хочу сказать, не просто же так обе печати оказались так близко к тебе.

— Слушай, Блэйк, — продолжая помешивать содержимое, Гор снял источающую восхитительные запахи сковородку с огня и подошёл к нам. — А ты не хочешь временно переехать? До выяснения значения этой картинки.

— Да ну, это уже на какую-то паранойю смахивает, — не слишком уверенно хмыкнул я. — Хотя, согласен, как-то стало неуютно…

— Страху нагнали, а потом удивляются, что неуютно, — проворчал Энрике. — Тьфу. У меня уже мурашки по спине побежали от этих интонаций и предположений. Может, это нас с голоду на всякие страхи тянет?