Книга Дым и зеркала, страница 145 – Дарья Кузнецова

В общем, пока я бегал по теоретикам и исследователям, оказалось, что наступил вечер, и что Дом Исцеления благополучно снял сразу все клятвы со своего нерадивого служителя. Штатный палач уже потирал руки в ожидании, и после пары проверок, когда оказалось, что клятвы действительно больше нет, подследственный запел как чивирь^[8]. Создавалось впечатление, что ему самому не терпится поделиться собственными «достижениями». Причём это было не пресловутое желание «облегчить душу», а повод… похвастаться, что ли.

Я даже устал записывать. Там всплыло столько, что целый отдел за месяц не разгребёт. «Целитель» этот был явно болен на всю голову: он оказался форменным садистом, и любил убивать. То ли это была изначальная склонность, то ли просто «втянулся» по мере выполнения заказов.

Он для кого-то делал всю грязную работу. Для убийств его нанимали редко, пять раз за десять лет сотрудничества, о чём он искренне жалел. В основном, ему либо приносили тела, которые надо было аккуратно и надёжно уничтожить, чтобы никто никогда не нашёл, либо приносили близких к тому свету людей, которых надо было вылечить. Чаще всего это бывали женщины. В одной из них он опознал по магографии жену Юнуса Амар-ай-Шруса.

На кого он работал, Зар-ай-Зимар толком не знал. Заказчик приходил всегда под иллюзией, всегда под очень качественной, и каждый раз — под новой. Платил золотом, очень щедро. Обычно для маскировки выдавался простенький одноразовый амулет личины, но в этот раз заказчик пришёл не один, а с каким-то ещё молчаливым типом под иллюзией, который и накладывал маскировку.

— Столько лет работаю, никогда такого не видел, — вздохнул Дед Хасан, — бессменный штатный палач ЦСА уже лет пятьдесят, — когда выжатого подследственного унесли в камеру, а я подбивал листы протокола и выписывал на отдельный листок выясненные имена покойников и запомненные особые приметы остальных жертв, чтобы занять завтра этим Халима. Пусть проверяет и вычисляет. — Это ж какой мрази ты хвост прищемить пытаешься, Разрушитель?

— Хотел бы я знать, — в задумчивости пожал плечами я. — Ладно, Хасан, распишись вот здесь на каждом листе, да иди, времени уже много. Я закрою.

Фамилии палача уже никто толком не помнил, все так и звали — Дед Хасан, или просто Хасан.

— Железный ты мужик, Дагор. Отдохнул бы хоть, нельзя так, — проворчал он, ставя в указанных местах свои закорючки.

— Некогда отдыхать, тем более сейчас, сам понимаешь, — отмахнулся я.

— Оно и понятно, да. Полезут ведь сейчас, как жареным запахнет, только успевай ловить. Тогда хотя бы себя побереги, прикончат неровен час!

— Обязательно, — не стал спорить со стариком я.

В общем, из подвала я выбрался глубоко за полночь с тяжёлой от мрачных мыслей головой. По самым скромным прикидкам, через руки этого психа прошли полсотни человек. А один ли он такой был у того, кто давал ему заказы, большой вопрос.

В последний раз заказчик привёл с собой другого человека; надо думать, того самого Иллюзиониста, который и ему делал личины. И это понятно, иллюзию такого уровня, который нужен был для обмана моей защиты, могут сделать единицы, и тут надо работать с конкретными пропорциями объекта наложения иллюзий, амулету такое не доверишь. То есть, скорее всего, заказчик, если он и маг, то вряд ли из сильных Иллюзионистов.