Книга История первого дракона, страница 99 – Дарья Кузнецова

— Нет в жизни совершенства. Постой! Ты можешь мне сказать… Тьфу! Какой прилипчивый слог, — я затрясла головой, вцепившись ладонями в виски. — Как тебя зовут? А то невежливо как-то получается. Меня вот зовут Вася.

— Я сфинкс. Других имён наш род не знает, — откликнулся он. — Друг друга различаем мы и так, а встречи с прочими народами редки.

— Занимательный обычай, — задумчиво пробормотала я, придумывая, что бы ещё ценного узнать. Но так и не успела.

— На этом я хотел бы попрощаться, — он одним грациозным движением поднялся на ноги и коротко поклонился, сложив ладони перед грудью; одну на другую, нижнюю — ладонью вверх, а верхнюю, соответственно, вниз. — Тебе необходимо прийти в себя, а для того — побыть одной. Распрощавшись, он вышел в один из широких проёмов. Ну, хоть что-то в этих сфинксах нормальное есть; я, признаться, ожидала, что он банально испарится.

Проводив взглядом странное существо (а посмотреть было на что; в лучших традициях крупных представителей семейства кошачьих, двигался сфинкс плавно, с завораживающим изяществом), я вздохнула и тоже встала. Приходить в себя, не мудрствуя лукаво, решила в бассейне; в конце концов, не просто же так его тут выкопали.

— А что, эони на это мероприятие пригласить никто не подумал? — полюбопытствовал Рем, разглядывая присутствующих. Здесь были обе старших богини, а также Стерх со всей компанией, подобранной на берегу. Даже Тан под столом вытянулся. А вот Васи почему-то не было.

— Пусть спит, зачем её беспокоить, — отмахнулся Стерх.

— Видал? — прокомментировал это Серж. — Домостроевец! Я хотел пойти разбудить, пригрозил убить. Да я ей сам потом перескажу в подробностях, этому всё равно веры нет, — махнул лапой гаргулья.

— И всё-таки… — начал капитан, но был перебит Лу.

— Да [цензура] вы меня все уже! Сядь, не маячь. Нет Васьки в каюте.

— А где она? — хором поинтересовалось сразу несколько голосов.

— В [цензура]! — огрызнулась смерть. — И ей там хорошо.

— Куда ты её дела? — срываясь на шипящие звуки, медленно поднялся с места бывший бог. Рем посмотрел на него, посмотрел на свою богиню… и осторожно притулился в углу кают-компании. Поближе к выходу, на всякий случай.

— Сядь, а? [цензура] уже, — хмуро посмотрела на него снизу вверх рыжая. — Когда надо будет, тогда и верну. Нечего ей сейчас тут делать.

— А вы, позвольте поинтересоваться, из чего такой вывод сделали? — проворчал гаргулья. — Кто дал вам право на такое решение? И вообще. Такая, вроде бы, приятная девушка, а от вашей речи уши завянут у любого грузчика, — интеллигентного молодого учёного буквально коробило от поведения эльфийской богини смерти. Нет, он признавал право ненормативной лексики на существование, но не в устах молодой симпатичной девушки. Очень хотелось прополоскать ей рот с мылом.

Стерх покосился на гаргулью с недоумением и почему-то сел. Рем же, восхитившись отчаянной храбростью крылатого пассажира, всерьёз задумался о поспешном отступлении.

Богиня смерти, с недобрым прищуром (точнее, в крайней степени бешенства) сверля взглядом Сержа, медленно поднялась со своего места. В каюте ощутимо похолодало.

— Ш-ш-шкуру с-с-спущу! — прошипела она, сжимая узкие ладони в кулачки.