Книга Кошка на счастье, страница 71 – Дарья Кузнецова

— Уф, ну и погодка! — резюмировала Белолеса, аккуратно стягивая куртку. Насквозь та не промокла, но товарный внешний вид, определённо, потеряла. Хочется надеяться, не безвозвратно.

— И не говори! — поддержала Листопада, перекидываясь в звериный облик.

— Леся, нет! — одновременно взвыли мы с Белкой, но было поздно: ведьма уже начала отряхиваться. Единственное, что я успела сделать, — встать между ведьмой и княжной, чтобы ей поменьше досталось.

— Всё, сестрёнка, — тихо процедила Златолета, которая тоже успела стянуть верхнюю одежду, и теперь с одной стороны была совершенно мокрой, будто её окунули в ванну. — Я тебе сейчас хвост оторву!

Листопада же, взглянув в наши недобрые лица, сообразила, что заступаться за неё никто не будет, и даже, наверное, добавят от себя, и начала медленно пятиться в сторону приоткрытой внутренней двери. Злата, перекинувшись, с той же угрожающей медлительностью наступала на неё. Когда беглянке до выхода оставалось меньше прыжка, а преследовательнице до неё — чуть больше полутора, они одновременно прыгнули. Леся — с места с разворотом, Златолета — так же с места, но красиво вытянувшись всем телом в коротком полёте.

И надо же было такому случиться, что именно этот момент выбрала хозяйка дома, чтобы проверить, что за шум в прихожей. Первый вострех с размаху впечатался волчице в живот, и та, взвизгнув, всплеснула руками и завалилась назад. Леся под действием инерции прокатилась по ней, вскочила, ошалело тряся головой и путаясь в лапах, но быстро дала стрекача. Злата, сумевшая заметить препятствие, попыталась извернуться в прыжке, и по крайней мере не впечаталась с размаху своими шестью десятками килограммов в несчастную женщину, неловко приземлившись на растопыренные лапы. Правда, полностью совладать с законами физики не получилось, и вторая ведьма тоже прокатилась по Инре, после чего бросилась в погоню.

Княжна, охнув, кинулась помогать поверженной волчице, укоризненно качнувшая головой тень — за ней. А мы с Белкой никому помочь не могли: мы истерически ржали. А когда через пару мгновений откуда-то из-за двери донёсся грохот чего-то тяжёлого и мягкого, а вслед за ним — звон бьющегося стекла и грохот металла, вообще оказались потеряны для окружающего мира.

— Хм. Я что-то пропустил? — поинтересовался с порога вошедший Трай. Мы с подругой переглянулись и грянули новой порцией хохота, отрицательно качая головами. А княжна извиняющимся тоном ответила, за локоть придерживая путающуюся в юбке волчицу, с которой благополучно слетела вся благообразность и напускное спокойствие:

— Близняшки немного повздорили и случайно сбили с ног твою бабушку.

— Повздорили? — прошипела та, выворачиваясь из рук добровольных помощниц, и окинула их возмущённым взглядом. Потом развернулась к внуку и принялась рычать на него, наступая и раздражённо жестикулируя. — Ты! Выродок! Ты приволок в дом каких-то жалких, бесстыдных тварей, у которых нет никакого понятия о женском достоинстве, да ещё смеешь тут с ними кувыркаться! Убирайся отсюда вместе с ними!

Нам с Белкой как-то вдруг стало не смешно, особенно когда я догадалась взглянуть на лицо рыжего. Создавалось впечатление, что он сдерживается буквально из последних сил, чтобы не свернуть скандальной родственнице шею. Сейчас Трай совсем не походил на балагура-раздолбая; черты лица заострились, верхняя губа слегка подрагивала, будто он с трудом сдерживался от рыка, а мокрые рыжие волосы казались скорее бурыми, будто пропитала их не вода, а чья-то кровь. Даже мне с моей богатой биографией стало не по себе, а волчица, кажется, просто ничего не замечала.