Книга Мораль ментального мага, страница 56 – Дарья Кузнецова

А ещё достойно уважения, что преподаватель не стал пользоваться своим положением. Пенял только за недостойное поведение с девушкой, а не за нападение на преподавателя, которое могло кончиться заслуженным исключением. Возможно, это ещё не конец, но Исса не сомневалась: дракон не пойдёт никому жаловаться и оставит эту историю между ними тремя. Потом, возможно, последуют разборки, но только если Яман не вернёт голову на место и продолжит дурить.

Как бы Цитрин ни относился к неписаным обычаям, но сейчас поступал благородно и следовал именно им, отделяя личное соперничество от университетских правил. И змея была за это благодарна.

Даже злиться на него так, как следовало, не выходило. Чувство больше походило на досаду, щедро разбавленную… восхищением? Сложно держаться спокойно в стычке с противником, который по всем статьям тебя превосходит. Сложно выйти из этой стычки победителем. А уж мужества и благородства не пнуть и не попытаться унизить поверженного после победы и вовсе хватило бы у единиц. Исса прекрасно понимала, что сама бы на месте Книжника от пары издёвок бы не удержалась.

Навязался же на её голову! Такой безупречный, что тошно.

До комнаты девушка буквально добежала, взвинченная, почти не разбирая дороги. К счастью, подруги оказались на месте, в курсе ситуации и очень хорошо её знали, так что не стали с ходу приставать с расспросами.

Айнур оторвала от сердца припрятанные на чёрный день шоколадные конфеты, Велица заварила вкусный травяной сбор с мятой и смородиной, а там слово за слово — и змея сама рассказала всё.

Некоторое время они спорили между собой. Кентаврида предсказуемо ругала менталиста и болела за Ямана, который молодец и правильно сделал, а Велица искренне поддержала змею, что взбучки честно заслужили оба, и никого не жаль. Однако обе подруги сошлись на том, что пойти к проректору и попросить вмешательства — идеальный вариант.

Исса упиралась до конца чая, но потом её сумели убедить и, несмотря на возражения, решили отконвоировать до нужного кабинета, не откладывая важное дело на потом, когда пропадёт запал. То есть называлось это, конечно, «проводить и поддержать». Раздувать угли Иссе не хотелось, но подруги дело говорили: проблема уже есть, она стала достоянием общественности и сама собой не разрешится, и лучше явиться добровольно, пока не вызвали из администрации для разъяснений. Потому что роман преподавателя со студенткой — это скандал всегда, даже если романа на самом деле нет.

Как любая нормальная отличница, Исса не то что проректоров — она и ректора в лицо не знала. Видела портреты, но вряд ли узнала бы при случайной встрече. И уж конечно, понятия не имела, где находятся кабинеты всего этого высокого начальства.

То ли дело декан, с которым она часто виделась по долгу старосты! Он проводил торжественные встречи в начале и конце года, он гонял и распекал должников, за которых Исса заступалась. В общем, свой человек, неплохой, с чувством юмора, и змея предпочла бы решить вопрос с ним, чем искать кого-то незнакомого. Однако Велица была права, этот вопрос вне его компетенции.

Проректор по воспитательной работе оказался пожилым кентавром самого скучного вида. Невысокий, грузный, с залысинами, усталым лицом и тусклым взглядом, и один уже его вид не внушал доверия. Впрочем, судить по внешности Исса не стала: он сразу принял студентку и согласился выслушать, отложив какие-то бумаги, что характеризовало его с лучшей стороны.