Книга Симбиоз, страница 121 – Дарья Кузнецова

— Наконец‑то ты, — ворчливо проговорил брюнет. — Это ещё что? — он кивнул в мою сторону.

— Моя компенсация морального ущерба, — хмыкнул Вараксин. — Девка с транспортного корабля.

— Вот только девок нам и не доставало для полного счастья, — брюнет недовольно поморщился и кивнул своему спутнику, который передал меня Анатолию.

— Тебе никто и не предлагает, — усмехнулся он. — А она красивенькая, чистенькая. Вот вытряхнем из неё эту гадость, можно будет или поразвлечься от души, или продать за круглую сумму. Не хуже меня знаешь, сколько стоит на рынке красивая нетронутая землянка. Пошла, — придерживая руки в захвате одно ладонью, мужчина звучно шлёпнул меня пониже спины. Спасибо мазуру, я этого даже не почувствовала.

Да и не только за это ему спасибо. Если бы симбионт не контролировал моё эмоциональное состояние, я бы наверняка тряслась от страха и захлёбывалась слезами. И задавала глупые вопросы из разряда «как ты мог?!» и «за что?!». А сейчас мне вполне хватало выдержки молчать и думать: больше мне всё равно ничего не оставалось. Сознательная часть утверждала, что сейчас лучше не рыпаться и вообще вести себя так, будто меня здесь нет. Глядишь, и они о моём существовании забудут?

Первым делом я обратилась к симбионту с вопросом о возможности связи со своими. Знаю, надо было сделать это раньше, но… все мы задним умом крепки! Оказалось, впрочем, даже большая расторопность в этом вопросе не помогла бы: мазур сообщил, что связь пропала гораздо раньше, ещё в конце нашего разговора на спине петы. В ответ же на закономерный вопрос, как такое возможно, он только, фигурально выражаясь, развёл руками.

Тем временем недолгий путь по коридорам совершенно земного вида (мне показалось, или в какой‑то момент мы миновали корабельный шлюз?) завершился у одной из ряда одинаковых дверей.

— Наслаждайся одиночеством, потом некогда будет, — со смешком распорядился мужчина, вталкивая меня внутрь небольшой квадратной комнатушки. За спиной с тихим шипением закрылась дверь.

Если на корабле наших братьев по разуму комнатки только напоминали камеры скудостью обстановки и со скидкой на чуждый разум действительно могли быть чем угодно, то это явно была камера для содержания пленников. В помещении размером два на два метра присутствовала только голая койка и такой же, как на «Лебеде», туалет. То есть, корабль явно был земной, хотя это и казалось абсурдом.

Стало быть, подозрение моё оправдалось, и этот тип явно связан с пиратами. Интересно, изначально ли? Или останки настоящего Анатолия Вараксина можно найти где‑нибудь на Мирре?

О собственной судьбе я старалась не вспоминать: мужчина определил её более чем ясно, и ждать от него сострадания и пробуждения совести было, по меньшей мере, глупо. А вот попытаться найти выход, или хотя бы позвать на помощь стоило. Дело было за малым: найти способ.

Связи с внешним миром у меня — а, главное, у мазура, — не было. Возможности побега — тоже. Кажется, самое время впасть в отчаянье…

Я на всякий случай медленно обошла своё узилище, приглядываясь к стенам и прислушиваясь к себе и мазуру. Тщетно: идиотами тюремщики не были, о невозможности контактов с внешним миром позаботились особо. Оставалось надеяться только на случайность и на тех, кто остался снаружи. Главным образом, конечно, на Сура.