Книга Боги глубокого космоса, страница 55 – Дарья Кузнецова

Резкий возглас на пороге заставил меня подпрыгнуть на месте и едва не рассыпать чай. Стремительно обернувшись, я наткнулась взглядом на замершую в проходе демоницу. Одетая в какую-то бесформенную рубашку, мешковатые штаны и мягкие тапочки, она казалась осунувшейся и тусклой. Впрочем, я быстро сообразила, что это, должно быть, очнулась одна из пациенток доктора, и после такой продолжительной болезни немудрено выглядеть подобным образом.

— Привет, — неуверенно проговорила я на родном языке, не зная, что делать и как с ней вообще разговаривать.

— Где моя Айя?! — прошептала женщина. — Где моя малышка? Что с ней сделали?! — она шагнула ко мне, и глаза альдарки лихорадочно блестели. Честно говоря, её вид меня здорово напугал, но отступать было попросту некуда.

— Не бойся, с ней всё хорошо, — попыталась успокоить женщину я. — Она совершенно не пострадала!

— Не пострадала от чего? — замерла она, уцепившись за стол. И до меня, наконец, дошло, что от слабости моя собеседница еле стоит на ногах; как только дошла досюда!

Привычки и нравы людей, похоже, окончательно вытеснили всё, что пытались вдолбить в мою бедовую голову воспитатели. Потому что я без раздумий бросила свои дела и кинулась к женщине.

— Да присядь ты, сейчас ещё завалишься, — проворчала я, усаживая совершенно деморализованную моими действиями демоницу, глядящую на меня большими удивлёнными глазами. — Тот корабль, на котором мы летели, погиб, но нас спасли люди. Мы все оказались выброшены далеко за пределы обитаемых систем, и сейчас пытаемся вернуться назад.

— А Айя?!

— С ней всё в порядке, — опять повторила я, торопливо заканчивая с заваркой. — О ней заботится тот доктор, который нас лечил. Сейчас все спят, мы же не будем ломиться к ним посреди ночи, правда? — я выставила на стол чай, две кружки и вазочку с печеньем.

За последнее стоило благодарить, опять же, Гудвина, на которого не далее как позавчера снизошло вдохновение, и он решил изготовить что-нибудь сладенькое. Мужчины к кулинарному шедевру отнеслись прохладно, и в итоге печенье трескала почти исключительно я одна. Я бы его давно уже всё съела, но мне было немного стыдно такую вкуснятину уничтожать в одиночестве, ни с кем не делясь. Вот удовольствие и растянулось на пару дней.

— Все спят? А часовые и патрульные? — нахмурилась женщина.

— А тебе они зачем? — растерялась в свою очередь я.

— Ну, как же? Положено, — она медленно пожала плечами, в глубочайшем недоумении разглядывая меня и содержимое стола.

— У людей, видимо, не так, — я пожала плечами. — Но давай лучше они тебе завтра сами расскажут, что и как, ладно? А то я сейчас наговорю, а окажется, что я сама всё не так поняла. Хотя… они же на альдарском, наверное, не разговаривают, — я вздохнула.

— Это не имеет значения, — поморщилась женщина. — Кто ты такая и что здесь делаешь, если все спят?

— Я такая же пассажирка, как и ты, — осторожно ответила я.

— Это вряд ли, — со странным выражением лица криво усмехнулась моя собеседница. — Как тебя зовут?

— Иля, — представилась я.

— Просто Иля? — женщина удивлённо вскинула брови.

— Просто Иля, — решительно кивнула я. — А тебя?

— Тогда я — просто Ная, — медленно кивнула она. — Ты уверена, что этот доктор может справиться с ребёнком?

— Ну, последнюю неделю он как-то справлялся. Я так поняла, люди со своими детьми общаются сами, — осторожно пояснила я. Демоница Ная была очень странной; кажется, даже страннее меня. Может, на ней так сказалось пережитое, не знаю. Но, разговаривая с ней, я чувствовала себя очень неуютно.