Книга Чудеса в ноутбуке, страница 18 – Дарья Кузнецова

— Почему он назвал тебя именно огрызком?

— Потом.

Сидеть было жутко неудобно и панически страшно. Отсутствие хоть какой-то защиты и, особенно, шлема заставляло чувствовать себя стоящей над пропастью, а скорость казалась запредельной, да и маневрировал водитель… экстремально. Я покрепче обхватила твёрдое жилистое тело мужчины, наплевав на то, что прижимаюсь к совершенно незнакомому человеку. Пусть что хочет думает, а мне так хоть немного менее страшно!

И теплее. О том, что не надела ветровку, я пожалела почти сразу, но не сомневалась, что на просьбу остановиться Бессмертный не отреагирует. Может быть, правильно сделает.

Я искренне надеялась, что поедем мы дворами и объездными путями, но Кирилл вырулил на шоссе и втопил, вихляя между автомобилями и опасно лавируя в плотном вечернем потоке. Вскоре я предпочла зажмуриться и уткнуться в пахнущую резким холодным одеколоном и немного потом футболку. Лучше пусть всё случится неожиданно.

После стычки Кирилла с Ильёй я впала в странный ступор. Вроде бы двигалась, понимала, что происходит вокруг, боялась и рисовала в воображении кровавые картины неизбежного ДТП, но одновременно — словно сидела в большом аквариуме, отделённая от мира.

Очень хотелось проснуться.

Одно дело, когда о фантастических существах, живущих рядом с людьми, сообщает странный посторонний тип. Это тоже дичь, но Кирилл подобрал удачные слова, чтобы заставить меня если не поверить, то хотя бы усомниться в прежних знаниях. Человек не чувствует электромагнитного поля, может только фиксировать результаты его воздействия на себя и окружающую действительность. Нет у нас нужных органов восприятия. Так почему не существовать чему-то ещё, не менее реальному, которое мы просто не успели ещё обнаружить в очередном эксперименте? Или обнаружить, но списать на случайную ошибку.

А вот когда выясняется, что об этом прекрасно осведомлён человек, которого ты знаешь много лет, и, казалось, знаешь хорошо… Самое страшное здесь не осознание, что всё время жила среди лжи и притворства, а понимание: это правда. Не получится проснуться, забыть и отвертеться от странного попутчика вместе с древнекитайским ноутбуком.

Впрочем, ещё полгода назад я убедилась, что скорее придумала себе идеального Илью, чем знала и понимала парня, с которым встречалась и за которого собиралась замуж. Просто ещё один штрих к неприятному портрету, скрытому под маской лощёного красавчика.

Мелочно радовало то, что внутри ничего не ёкнуло от встречи с бывшим. Никакого сожаления и приятных воспоминаний, никакого «а может...». Шевельнулась вялая досада, колыхнулись отголоски обиды — не больше. И драка вызвала шок сама по себе, без привязки к личности и особого трепета.

Интересно, почему они обменялись именно такими оскорблениями? Почему огрызок и паразит? Явно ведь знают друг о друге больше, чем я о них обоих, и эти слова показались более злыми и едкими, чем обороты из русского матерного.

Ещё стоит принять за факт, что оператор — зверь ценный и редкий, если они из-за меня сцепились. Не верю, что Илья полез, чтобы защитить в память о прошлом, ему что-то нужно. Надеюсь, хоть он не собирался меня сожрать, как те странные твари, которые лезли из компьютеров! А то прозвище «паразит» наталкивает на неприятные мысли. Он — энергетический вампир? Какой ужас.