Книга Чудеса в ноутбуке, страница 132 – Дарья Кузнецова

Прошло несколько долгих, томительно сладких минут, прежде чем ладони мужчины двинулись вверх по моим ногам, неторопливо, но настойчиво поднимая платье — до талии, до груди, на которой на несколько секунд задержались. Кажется, мне давали время передумать. Понятия не имею, зачем. Я огладила его плечи, с удовольствием прослеживая пальцами рельеф крепких мышц, переплетённых с продолжением протезов.

Ейш явно принял такой ответ, и платье двинулось дальше вверх — по плечам, по рукам, выпустило из ворота голову, ради чего пришлось прервать поцелуй, и отлетело в сторону. Мужчина обнял моё лицо ладонями, приласкал несколькими лёгкими поцелуями, чему-то задумчиво улыбнулся.

— У тебя стало странное выражение лица, — не удержалась я.

— Подумалось всякое, — хмыкнул он.

— Например?

— Например, что Дорохов, хоть и скотина, иногда говорит дельные вещи.

— И что он такого дельного сказал? — спросила, хотя версия появилась. — И когда?

— Если любишь, нужно не сомневаться и не отпускать, — проговорил Ейш. — Иначе можно упустить вовсе. Да ещё лишить себя очень многого...

— А говорят, наоборот, держать нельзя — вернее упустишь, — поддела я.

— Это следующий шаг.

Разговор он прервал вдумчивым, медленным, волнующим поцелуем, и сразу расхотелось что-то уточнять и продолжать пустую болтовню.

Не знаю, насколько сильно мы мешали Ленке, вспомнила я о ней только утром, когда проснулась собираться на работу, а моя художница вовсю дрыхла. Правда, почти сразу сообразила, что рисует она всегда в наушниках, чтобы не отвлекаться на шумы, и мысленно ругнулась за шуточки. А потом и вовсе выкинула из головы, потому что нашёлся куда более весомый повод для волнения: Кощей собрался везти меня на работу. На мотоцикле. Потому что в метро он меня до полноценной облавы не пустит, да и вообще одну никуда не пустит в ближайшем будущем.

Все мои негодование и возмущение разбились об упрямство Ейша и единственный неоспоримый аргумент: всё равно ему нужно съездить за вещами, не жить же в одних и тех же грязных штанах и футболке с чужого плеча. Мотоцикл Кощей находил оптимальным для этого транспортом: нога сломана правая, передачи переключать не мешает, а тормоза хватит и ручного, он же не планирует лихачить.

Сложнее всего оказалось приладить костыль к мотоциклу так, чтобы ещё и мы вдвоём поместились. Но Ейш справился и действительно довёз, приводя в восторг встречных и попутных мотоциклистов. На одном из долгих светофоров, на котором, просочившись между рядами, собралось сразу четверо «всадников», ближайший сосед особенно сильно заинтересовался. Спросил о степени травмы, на собственном опыте дал пару дельных советов по креплению костыля к мотоциклу и пожелал скорейшего выздоровления.

Потрясающий контингент. Интересно, насколько часто мотоциклисты ездят в гипсе? А то, может, это у них норма?

Никогда не перестану удивляться, как Кощей умудрился столько прожить с таким отношением к жизни.

То обстоятельство, что зачистки в метро начались буквально через пару дней после наших приключений, никого не удивило. Петров оказался человеком умным и хватким, который не привык бросать проблемы на самотёк. Ни меня, ни Кощея к этим рейдам не привлекли — куда ему с гипсом, а мне без опыта! — но подробно расспросили, и, насколько я потом узнала, результаты единственной стычки с шунтом новой формации очень помогли.