Книга XXI век не той эры, страница 75 – Дарья Кузнецова

— Так ты, стало быть, из хаоситов? — почти мурлыкнул он, буквально излучая радость. Ох, не нравится мне всё это! Когда он ругается, хотя бы понятно, чего ждать.

И чем дальше, тем неуверенней я себя чувствовала. Причём, опять-таки, это был не тот всепоглощающий животный страх, а удивительно концентрированное чувство неловкости. Ощущение, что земля уходит из-под ног, стены расплываются, ориентиры переползают с места на место. И нельзя однозначно сказать, что это плохо, но чем подобное грозит — неясно.

— А кто это? — озадаченно уточнила я, безвольно болтаясь в руке мужчины. — От слова «хаос» что ли? Что-то такое я в фантастике читала, — длительное словесное воздержание неожиданно вылилось потоком откровенности.

— В фантастике? — с ещё большим удовольствием переспросил он. — И во что же ты веришь, девочка из прошлого?

— Э-эм… в теорию вероятности, — неуверенно пошутила я. Вот спросит тоже… Я никогда особо об этом не задумывалась, принимая для себя отдельные кусочки мировых религий и собственных моральных представлений, и никогда толком не пыталась определить, а какой он для меня — Бог? И как теперь сформулировать за три секунды ответ на столь важный вопрос?! — Да я не знаю… Ну так, немного атеизма, немного буддизма, агностицизм. Этот ещё, единый космический разум, который информационное поле вселенной. Ну, то есть, что что-то такое там есть, большое и мудрое, но мы ему обычно до лампочки, — начала мямлить я, как будто отвечала не выученную тему по философии.

— Значит, в наших богов ты не веришь?

— Ну, как бы… вы только не обижайтесь, но язычество — это всё-таки просто поклонение и обожествление природы. Природу я, конечно, уважаю, но всякие там Зевсы с Перунами — это уже от недостатка образования, — решила я быть честной.

Скажем так, в историю о полубогах-абсолютах я не поверила чуть больше, чем совсем. Как могут люди летать в космос и всерьёз поклоняться деревянным идолам? Но теория их происхождения у меня была, и была она довольно простая. Обыкновенный генетический эксперимент. Столько фильмов в своё время на эту тему было снято, захочешь — не забудешь. И на роль типичного универсального солдата Ульвар подходил идеально по всем статьям. А всем остальным что-нибудь психотропное колют.

А боги… поначалу я, конечно, надеялась на их заступничество, и тогда ещё пыталась убедить себя в том, что что-то подобное в этом мире действительно есть. Но теперь окончательно перестала верить в их существование.

— Это будет интересно, — решил чёрный трибун, первый раз в жизни демонстрируя мне полноценную улыбку от уха до уха. Ну, что я могу сказать? Я бы прекрасно прожила и без этого зрелища. Потому что песня «От улыбки станет всем светлей» — это явно не про Ульвара сына Тора. От его радостного оскала мне сделалось не просто страшно, а сразу жутко. И зубы ещё такие… белые, острые. И клыки. Не такие, как у всяких вампиров и прочей нечисти рисуют, но всё равно не среднестатистические; уж очень острые, выступающие из ровного ряда вполне человеческих зубов.

Мужчина вдруг рывком поднял меня выше, и я, в свете последних мыслей про клыки, испуганно взвизгнула, решив, что сейчас меня будут есть. Но нет, трибун Наказатель просто схватил меня в охапку; как-то странно, свернув компактным клубочком, крепко вжав в броню. Потом сделал несколько шагов и, развернувшись, побежал. К обрыву. А я даже вцепиться в него не могла, чтобы не выбросил с размаху: единственная целая рука была плотно зажата между моим телом и нагрудными пластинами доспехов. Несколько бесконечно долгих мгновений полёта в ожидании встречи с водой (почти желанной; помыться или искупаться хотелось ужасно), громкий удар, мир резко перевернулся вокруг своей оси. И меня поставили на ноги уже на другой стороне реки.