Книга Шешель и шельма, страница 25 – Дарья Кузнецова

— Чтоб ему посереть, — проворчала она. — Индюк старый!

Она бросила рассеянный взгляд на собственные ноги, от которых всю дорогу старалась отвлечься болтовней. Очень хотелось осмотреть их и оценить повреждения, которые точно были: в стопах после лестницы пульсировала тупая, ноющая боль, кожу слегка саднило — кажется, успела поцарапаться, и не один раз. Но машину сыщик выбрал скромную, было в ней очень тесно, да еще и темно. Не только из-за смыкающихся над головой зданий и туч — на город явно опускался вечер.

И не залечишь же! Там наверняка кровь, и, если под грязью обнаружатся чистые гладкие пяточки, следователь может заинтересоваться, он наблюдательный.

— Да ладно, не кисни, — усмехнулся вдруг Шешель. — Будешь себя хорошо вести, может, владыка тебя пожалеет.

— А при чем тут он? — озадачилась Чарген и внутренне подобралась.

Упоминание владыки было не к добру, но напрямую относилось к тому, во что она вляпалась. Господин Сыщик явно не из тех, кто станет бравировать высокими знакомствами ради красного словца, и если он помянул правителя, то совершенно сознательно и по делу.

Следователь пару секунд помолчал, кажется, решая, стоит откровенничать или нет, но потом все же пояснил:

— По результатам расследования Ралевич, скорее всего, будет обвинен в измене. Посмертно. Все имущество отойдет стране. Его часть в «Северной короне» владыка, вероятно, отдаст в управление наиболее достойному доверия из оставшихся партнеров, а из остального движимого и недвижимого имущества какую-то часть вполне может пожертвовать юной вдове, которая старательно оказывала содействие следствию. Ты же окажешь?

— Каким это, интересно, образом?

— Я не уверен, что получится снять артефакт здесь и сейчас, — честно ответил следователь. — Я в них не понимаю ни грамма, ты тоже, а в человеческих ресурсах я здесь здорово ограничен. Можно, конечно, вывихнуть тебе палец и попробовать снять эту игрушку, но я не уверен, что это поможет и что она от этого не испортится, а образец хотелось бы доставить в хорошем состоянии. Поэтому твое добровольное сотрудничество будет полезно.

— Не надо мне палец… вывихивать, — поежилась Чара. — Я согласна помогать. Все равно мне как-то надо вернуться домой, а у меня теперь даже документов нет.

— Разумно, — похвалил Шешель.

— Нам долго еще ехать? И куда мы вообще направляемся? На угнанной машине до Беряны?

— Заманчиво, но — нет. Боюсь, она столько не протянет, — с совершенно серьезным лицом ответил следователь, многозначительно похлопав по рулю. — Попросим кое у кого помощи. Как минимум переночуем и поедим. Сейчас еще немного отъедем, потом пройдемся пешком.

Чарген страдальчески скривилась, но жаловаться не стала. Какое-то время они петляли по серым одинаковым улицам молча, под тарахтение мотора. Причем казалось, что петляют они совершенно бессистемно, а когда в очередной раз проехали приметный перекресток, предположение превратилось в уверенность.

— Стеван, ты что, заблудился?

— Это было бы забавно, — усмехнулся он. — Почему ты так решила?

— Мы уже проезжали это место.

— Наблюдательная. Нет, все под контролем. Нужно убить время и сделать вид, что машину бросили, когда кончился заряд. Немного осталось.

— От кого мы так старательно удираем?

— Ото всех, — ответил он. Помолчал. — А у тебя железные нервы, девочка из пансиона. Мне начинает казаться, что сотрудников для комитета ищут не так и не там.