Книга Антитело, страница 15 – Дарья Кузнецова

Когда она мне при знакомстве полгода назад всё это изложила, стройно и последовательно, я не сразу нашлась с ответом. И, подумав, не стала цитировать классическое, докосмическое еще изречение о том, что флот у нас действующий, и планы потому — гибкие. Всё равно выводов она бы не сделала, а там жизнь сама всё расставит по местам. То ли план этот одним аккуратным тычком отправит в чёрную дыру, то ли проникнется такой самоуверенностью и решит подыграть. Да и… очень она мне напоминала меня саму в юности.

В любом случае внезапное явление фельдшера на КП совершенно не укладывалось в её привычный образ, так что повод для беспокойства или уж как минимум любопытства у меня был. А вот теперь я даже облегчённо перевела дух: в кресле сидела собранная и деловитая мичман Ларюшина.

— Нина Львовна, — заметив меня, она подскочила на месте, вытянулась. — Прошу прощения за своё поведение, я… вспылила.

— Я поняла. Садись, — кивнула ей и опустилось в кресло напротив. — Что случилось? Что такое натворил этот пассажир? Приставал? Он, кстати, вообще гуманоид, вы проверили?

Накамура ожидания оправдал. Ольга по его распоряжению взяла у Нану кровь, провела ещё какие-то измерения. Пассажир не возражал, наблюдал за её действиями с большим интересом и неизменной улыбкой, и поначалу всё было прекрасно. Выяснилось, например, что биологически, несмотря на все вопросы и непонятки, Нану — почти человек. Имелись некоторые различия в геноме, но, со слов нашего эскулапа, с возможностью свободного скрещивания при хорошей вероятности появления жизнеспособного потомства.

Всегда восхищалась, как эти биологи и врачи умеют называть вещи своими именами.

Вёл себя ксенос, вопреки моим предположениям, исключительно прилично. Правда, на вопросы о цели путешествия только загадочно улыбался и спокойно отвечал, что это его цель и его путь, и не стоит взваливать себе на плечи чужую ношу. По собственному признанию, поначалу под его немигающим всезнающим взглядом Ольга чувствовала себя неуютно, но потом ничего, освоилась.

А потом начала ловить себя на том, что косится на Нану с интересом, как на привлекательного мужчину. Прихорашивается, пытается оказаться ближе, дотронуться. Первое время гнала от себя эти странные мысли — шимка же гормоны блокирует, откуда бы им вообще взяться? Но дальше стало хуже. Когда Ольга принесла пассажиру обед и попыталась заняться своими делами, через несколько минут рядом с мужчиной она диагностировала у себя тахикардию, учащённое дыхание и, самое главное, такую нездоровую степень сексуального возбуждения, что в какой-то момент едва не полезла к Нану с поцелуями и непристойными предложениями.

После этого она и примчалась ко мне на КП просить самоотвод.

— И как медицина может такое объяснить? — полюбопытствовала я, сразу опустив все уточняющие вопросы. В симметричной ситуации Хенгу я бы, конечно, поверила не сразу, если бы вообще поверила, но Оля — это Оля.

— Никак, — хмуро буркнула фельдшер. — То есть я подумала, конечно, про феромоны, афродизиаки, про направленную стимуляцию отдельных центров мозга и введение гормонов, но ведь не было ничего! И шимка продолжает работать в режиме подавления! Нина Львовна, можно я к нему больше не пойду? Я мужа люблю, а это… Это противоестественно!