Книга Во имя Чести, страница 116 – Дарья Кузнецова

— Ладно, уговорил, я тоже, только прекрати меня лохматить, — взмолилась я, обнимая брата.

— Ещё и не начинал! — обрадовал он меня, роняя обратно в кресло. — Так, а где тут мой дорогой зять? Ещё не сбежал в открытый космос? О, смотри-ка, сидит! Мы тут, понимаешь ли, шпионов ловим, а он — вот он, в пилотском кресле! — вот так балагуря, средний богатырь Зуев обошёл присутствующих мужчин, пожав всем руки. Даже Макс не успел увернуться, и теперь косился из своего кресла на Семёна надутый как мышь на крупу. Видимо, вынашивал планы мести. Рука загадочно улыбающейся Дарлы была галантно облобызана, и на этом круг почёта закончился. Семён бодро плюхнулся в свободное навигаторское кресло, с хитрым прищуром посмотрел на меня и жизнерадостно поинтересовался:

— Инг, давай, рассказывай, как жизнь молодая. Как продвигается совращение малолетних?

— Не вводи человека в заблуждение, я совершеннолетняя, — попыталась одёрнуть его я.

— А я и не про тебя, — рассмеялся он. — Малолетний — это у нас, скорее, он, — брат кивнул на дорийца. — А ты как раз коварная растлительница. Он, конечно, благородно пытался взять вину на себя, но что я, не знаю, кто в этой семейке настоящая змея-искусительница? Разумеется, знаю: моя роскошная младшая сестрёнка.

— Семён, я тебя сейчас точно стукну, — проворчала я.

— И пострадаю я за правду, — патетично изрёк он. — Вообще, ты, конечно, можешь что угодно говорить и всё отрицать, но у меня есть свидетели. Видела бы ты, с какой томной поволокой в глазах тебя Тоха каждый раз вспоминает! И ты мне, кстати, по гроб жизни должна, что я его больше домой не приглашал, а тут намедни ещё с Ингом познакомил.

— Когда ты успел? — вытаращилась я на довольно скалящегося Сёму. — Инг? Скажи мне, что там было на самом деле! Он тебя правда с Антоном познакомил?!

— Познакомил, познакомил. Обязательно расскажу, — невозмутимо откликнулся дориец. — Только ты сначала скажи, что у тебя с этим Антоном было?

— Во! Вот это правильный разговор, — обрадовался Семён. — А то всё как не живой ходил, только молчал и каялся. Как будто прямо не мужик. Ты запомни, с моей сестрой так нельзя, ей это быстро надоест. С такими горячими штучками надо…

Помощь пришла оттуда, откуда я её совсем не ожидала. Вмешался Этьен.

— Я понял, превышение концентрации Зуевых на кубический метр объёма приводит к мгновенному разложению коллектива, — мрачно оборвал он трескотню Сёмы. — Но, может, вы всё-таки вспомните, что у нас есть работа, и отложите свою болтовню до прыжка? Там трое суток будет, можете хоть обтрындеться!

— Да ладно, Тьен, не кипятись, — Семён поднял руки в жесте капитуляции. — Пойду тогда пока вещи разложу. Макс, открой мне доступ к техэтажу, займусь монтажом аппаратуры.

— Какой такой аппаратуры? — растерянно уточнил кап-три.

— Полезной, — ехидно ответил брат. — Я тебе потом, на ушко расскажу, угу? А ты, ударник руля и двоичного кода, можешь даже не надеяться что-то подслушать, меня о тебе особо предупредили, на тебя тоже управа есть. Без возможности доступа извне через все существующие средства связи, — злорадно ухмыльнулся он, бросив взгляд на максову макушку, и вышел. В рубке с уходом Семёна стало очень-очень тихо и даже как будто просторно. Несколько секунд все сидели неподвижно, привыкая к этим забытым ощущениям, а потом потихоньку погрузились в работу.