Книга Две птицы на снегу, страница 102 – Дарья Кузнецова

Лета чувствовала себя опустошенной и совершенно вымотанной, но почему-то это было приятно. Ощущение походило на то, которое она испытывала после удачной операции. Удовольствие и гордость от хорошо сделанного дела, облегчение, тихая радость и умиротворение.

Она потянулась за корзиночкой с паштетом – кто бы ни готовил для этого вечера, делал он это хорошо. И медовец действительно замечательный, наверное, самый вкусный, какой Лете доводилось пробовать. И люди вокруг – хорошие. Даже Мысик, которого вообще-то подозревали в дурном…

Зацепившись за эту мысль, она опять вспомнила, что за минувшие дни так и не заговорила с Яроплетом о расследовании, но и сейчас для этого явно неподходящее время и место. Вот о чем стоило говорить на крыше! А не…

Вспомнив поцелуй, Лета вздохнула. Мысль плюнуть на все свои принципы и позволить мужчине все – уже не просто не возмущала, а казалась весьма соблазнительной.

Она устало уронила голову на твердое плечо феникса. Да, пожалуй, она готова ему отдаться, но – не сегодня. Сегодня хочется спать, и только.

— Устала? – участливо спросил Яроплет.

— Да, ужасно, – вздохнула она. – Вроде бы ничего не делала весь день, но… Не думала, что перебор силы так сказывается и дает такие последствия.

— Сейчас пойдем спать, – пообещал он.

Лета невнятно угукнула и приготовилась ждать, не сомневаясь, что это «сейчас» растянется на час-другой. Да она и не настаивала, хотела бы уйти прямо сейчас – ушла бы. Но здесь хорошо, уютно и совсем не так тяжело, чтобы лишать мужчину праздника.

Однако Яр озадачил. Дождался, пока закончится песня, поднялся и потянул Лету за локоть.

— Идем.

— Что, опять? – ужаснулась она.

— Ты же спать хочешь. – Он пожал плечами, на прощание махнул рукой соседям по столу. – Вот и пойдем, не надо себя ограничивать в таких вопросах.

— Но ты же хотел продолжить праздник, – напомнила она, чувствуя себя неловко. – Я не настолько устала, чтобы…

— Идем, идем, праздник и праздник, – отмахнулся он. – И вообще, не мешай мне за твой счет решать собственные проблемы.

— Какие проблемы? – опешила она.

— Если я сам сбегу в такое детское время, меня засмеют. А тут прекрасный повод: моя спутница устала, не подкопаешься. Не могу же я тебя не проводить! А там потеряюсь, и про меня все забудут.

— Представляю, что о нас подумают, – вздохнула Лета, но спорить не стала.

— А то о нас все это до сих пор никто не подумал! – рассмеялся феникс. – Мы с тобой вообще-то живем в одной квартире, и все об этом прекрасно знают.

В ответ оставалось только вздохнуть и принять сказанное как данность, потому что мужчина опять был прав.

— А ты, кстати, обещал рассказать мне что-то забавное! – припомнила Летана.

— Когда?.. А! Я же романсами увлекся с твоей подачи. Запомнил эту твою любимую песню, послушал целиком – понравилось. Пришлось и игру подтянуть, и вокал тоже.

— У тебя очень хорошо получается, – задумчиво похвалила она.

На этом разговор опять прервался, потому что они дошли до квартиры. На душ силы воли Леты не хватило. Она умылась, переоделась в домашнее и направилась к постели с одной только мыслью: спать!

— Лета, а Лета, а можно я не буду спать на полу? – вкрадчиво обратился к ней Вольнов, задумчиво разглядывая свернутый спальник. – Честно говоря, надоело.