Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 56 – Дарья Кузнецова

Когда Шахаб, уделив внимание каждому пальцу и каждому сантиметру кожи, кроме того места, которое жаждало ласки больше всего, наконец смилостивился, Халлеле хватило десятка мгновений, нескольких восхитительно порочных и уверенных прикосновений языка мужчины к страждущей плоти, чтобы наслаждение молнией пробило до самой макушки, выгнуло тело дугой и вырвалось стоном.

Под отчаянно зажмуренными веками рассыпались звёзды, и несколько секунд она была уверена, что больше не способна ни чувствовать, ни думать, ни вообще — быть, пока Шахаб очень просто не доказал обратное. Он аккуратно поднял её безвольные, совершенно ослабевшие ноги, положил себе на плечо. Любопытство заставило Халлелу приоткрыть глаза — и поймать шальной, горящий взгляд почти чёрных от желания глаз. Широкие твёрдые ладони огладили её талию, легли на бёдра, уверенно приподняли…

Повилика изумлённо ахнула, ощутив плавное и неспешное вторжение под непривычным углом, — от удивления, что она не просто может чувствовать, а, кажется, ещё острее, чем несколько мгновений назад. Внутренние мышцы сжались, пытаясь удержать ощущение наполненности, когда Шахаб подался назад, — и Халлела закусила губу, поймав довольную усмешку мужчины.

Новое движение — медленное, до упора, и из груди вырывается жалкий всхлип, потому что предвкушения и ощущений уже столько, что, кажется, нет никаких шансов вынести всё это разом. Собственная неподвижность, впившиеся в покрывало ногти, тяжёлые ладони на бёдрах, горячая и твёрдая плоть, скользящая внутри, взгляд…

Взгляд, кажется, был острее всего. Доставал до самой глубины души, видел насквозь, подчинял, заставлял чувствовать себя податливой, послушной — и самой вожделенной. Всё тело — оголённый нерв, желания — открытая книга, и это… Мать-Природа, помоги, это было потрясающе!

* * *

Коготь, давно уже правильно оценивший серьёзность и важность ситуации, — плевать на личный интерес Великой Матери, наглость и упорство эльфов настораживали и без неё, — выделил для потрошения эльфов лучших своих спецов, но те с самого начала подтвердили опасения Шада, что шансов мало. Эльфы молчали мёртво. С ними обещали еще несколько дней поработать, но никто не питал иллюзий.

Эхо не любил лезть в чужие дела, в которых к тому же понимал серединка на половинку, но сейчас держаться в стороне не мог из-за брата. Однако и помочь ничем не мог, разве что быстро и с гарантией прибить ушастым уши к полу. Без единого гвоздя. Оставалось держать руку на пульсе и ждать новостей. Это отвлекало от более важных дел и тем раздражало.

Заметная разница в возрасте не позволила им с братом сдружиться в детстве, а потом смерть отца вынудила… нет, конечно, не заменить его, но в какой-то степени взять младшего под опеку. Шарифе было проще, она всегда хвостиком ходила за матерью и во всём стала её продолжением, а Шахаб, при несомненной любви Шаисты ко всем детям, оставался слегка неприкаянным. Потом братьев раскидала война, и видеться доводилось редко: когда дар младшего созрел и развернулся в достаточной степени, чтобы пустить в дело, старший уже выбился в высшее командование, и хотя как мог приглядывал за Шахабом, но едва ли больше, чем за остальными бойцами. Да и что за ним приглядывать, в самом деле, взрослый мужик!