Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 38 – Дарья Кузнецова

Впрочем, не худший предмет торга. В постоянное пользование шайтара, конечно, не отдадут, но можно договориться, что бы его привели и заперли в этом подвале с ней на денёк-другой. Она же не собирается его связывать, даже наоборот, на свободного Шахаба с его руками — потрясающе сильными, твёрдыми, большими руками — у неё за минувшие дни набралось множество планов.

Жаль только, все эти волнующие идеи разбивались об одну маленькую проблему: Халлела понятия не имела, что может предложить Великой Матери Кулаб-тана и её семейству. Шад исключительно точно всё изложил, ни слова не добавить.

Да, все её исследования интересны, уникальны, ценны, но… Никогда никто не доверил бы ей в единоличное ведение значимый проект! Эту лабораторию-то дали потому, что другие не согласились: престижа никакого, не затыкать же дыру вовсе уж бездарью.

О ней вспомнила семья? Смешно. Для них она позор, страница истории, которую хотелось поскорее забыть. Да и бесполезна, потому что никогда не принесёт наследника: отрубленные не укореняются вновь, история знала попытки.

Как маг она исключительно хороша, но вполне заменима парой-тройкой обычных толковых эльфов.

Логичная версия оставалась одна: она узнала что-то важное, что сородичи посчитали серьёзным поводом для паники, а она — не придала значения и не обратила внимания. Оставалось понять, что это было и когда.

Мутабар, заметив, что собеседница мысленно отсутствует, вскоре ушёл, оставив её в покое, и Халлела смогла вдоволь пометаться по комнате — насколько позволяла цепь, а позволяла она на удивление многое. С «украшением» эльфийка вполне свыклась, даже браслет уже не так натирал ногу. Через неделю-другую, глядишь, окончательно перестанет обращать внимание.

* * *

— Давай я заберу у тебя эту эльфийку? — предложил Шад, когда вечером они с братом по сложившейся традиции шли по Агифе в сторону старого дома.

Сегодня погода испортилась, поднялся ветер, и небо цедило на землю мелкий холодный дождь, но и не к такому привычных мужчин это не смущало.

— Зачем она тебе сдалась? — нахмурился Шахаб.

— Хороший специалист, пригодится. Ну и забавная, — пожал плечами брат.

— Ты это говоришь при такой жене? — укорил младший.

Старший рассмеялся.

— Жена со мной полностью согласна насчёт эльфийки. Ну так что? — вернул он разговор к нужному вопросу, пока брат не задался вопросом, когда Ярая успела составить мнение.

— Пусть еще посидит, — неуступчиво набычился Шахаб.

— Зачем?

— Ей полезно, — огрызнулся младший и опять замкнулся.

На контрасте с тем, каким расслабленно-дружелюбным он был за ужином и с какой охотой рассказывал про свою новую работу по дороге, это бросилось в глаза особенно отчётливо. Но давить и расспрашивать Шад не стал, свернул на другую тему: проблема взаимоотношений брата с эльфийкой не относилась к числу срочных и острых. Сегодняшний разговор с Халлелой наглядно показал, что брат не причинял ей вреда, пленница чувствовала себя до того прекрасно, что предпочитала цепь и оковы возвращению к сородичам, а тюремщик хоть и реагировал странно, но выглядел здоровым, энергичным и полным жизни. Страдающий и готовый свести счёты с жизнь шайтар не станет с таким удовольствием рассказывать о быстром прогрессе в восстановлении.

На каменоломни Шахаб не поехал, остался в городе со строительной бригадой, которая заново возводила здание школы в Нижнем городе, неподалёку от дома. На её территории во время штурма засела группа упорных бойцов проэльфийских сил, а «Байтала» — сровняла с землёй. Благо хоть детей в заложники не взяли.