Книга Издержки дипломатии, страница 34 – Дарья Кузнецова

Гораздо сильнее сейчас заботили наши упрямые

соотечественники, которые охотнее верили местным газетам, чем нашим официальным заявлениям. Консульский отдел сбивался с ног, пытаясь отыскать в хаосе гражданской войны тех орков, которых, несмотря на все предупреждения, понесло в дальние провинции Кулаб-тана, а те, кто оставался в Агифе, только отмахивались от предупреждений. Не все, конечно, но существенная часть. Нормальной связи с теми землями не было, сообщение за собой обрывали эльфы, пытаясь сдержать слухи, и лишь немного утешало лояльное отношение шайтаров к оркам. «Байтале» вообще был дан приказ не трогать инородцев, кроме эльфов и примкнувших к ним людей, но приказ приказом, а шальной камень, пуля или взрыв паспорт не проверит.

В этом есть прекрасная ирония судьбы. Ушастые, конечно, ни за что в этом не признаются, но «Байтала» – их дитя. Взращенная на клановых противоречиях, призванная расколоть страну ещё больше, она на тот момент, конечно, сослужила свою службу, вот только утилизировать это оружие вовремя эльфы не сумели. И его подобрали другие шайтары с иными целями, и нынешняя «Байтала» – совсем не та, что была полвека назад.

Вечер мой закончился разговором с консулом и его сжатым докладом, следующее утро – началось с завтрака с ним же, благо для этого не надо было никуда ходить: все сотрудники посольства жили тут же, в этом самом здании, места в нём более чем достаточно. Вдобавок к двум надземным этажам, тут ещё три яруса вниз, под землю – обычная ситуация для шайтарских домов. И разобраться, на каком ярусе находишься сейчас, очень трудно без привычки, потому что окон нет даже в надземных этажах. Зато имеется уютный сад на самом верху, скрытый от посторонних глаз. Очень удобно устраивать посиделки на свежем воздухе, когда выдаётся свободное время. Там же мы организуем небольшие приёмы для своих, когда на улице хорошая погода.

После завтрака у меня осталось полчаса на то, чтобы просмотреть утренние газеты и настроиться на сегодняшний день. По серьёзным вопросам в прессе не было ничего полезного – всё те же надоевшие до

оскомины грандиозные успехи на фронте, начиная с решительной победы четвёртой бригады (которая перестала существовать первой, еще на излёте прошлого года) над «Байталой». Зато нашлось несколько статей о «Глазе Матери». Большинство изданий ограничилось короткой заметкой, некоторые разбавили это исторической справкой и собственными фантазиями. Про кражу – ни слова.

Интересненько.

Ещё не время обнародовать информацию и её решили приберечь на момент штурма? Или эльфы и правда не в курсе?

За этими размышлениями я занялась сборами. Нужно было переплести косы и одеться построже: блузка с ненавязчивым узором, юбка до колен с косым подолом, лёгкие туфли. Сегодняшний день, а вернее, существенную его часть мне предстояло провести во Внешнем Своде, утрясая последние детали визита Акзама. Который – о ужас! – состоится уже послезавтра. Папка с материалами к этому визиту сильно распухла и здорово оттягивала руки, так что я с нетерпением ждала момента, когда смогу подшить все эти бумажки в архив и выдохнуть.

Атташе по вопросам протокола уже ожидал меня в фойе, что-то оживлённо обсуждая с парой скучающих охранников и, неожиданно, стажёркой. Мунир – чрезвычайно, я бы даже сказала, чрезмерно педантичный для орка орк – был словно создан для этой службы. Он старше меня лет на двадцать, и, когда я только приехала в Кулаб-тан, занимал именно эту должность. Более серьёзной карьеры с тех пор не сделал, но как будто и не стремился к ней. Меня это всегда немного пугало, но ему на самом деле нравилось обговаривать всякие мелочи вроде правильного подбора цвета салфеток на дипломатическом обеде, тонкостей расстановки стульев и посекундного хронометража встреч.